На главную

ЧУС – ИЛЕКСА – ВАМА – ВОДЛА.

2003

ЗАБРОСКА.

Илекса – река, которая начинается на северо-западе Архангельской области, а впадает в Водлозеро на юго-востоке Карелии. Она же – Эликса (ударение в обоих вариантах ставится на первом слоге). Длина Илексы – 207 км, падение русла составляет 43 м. Средний уклон таким образом равен 0,21 м/км, что, конечно, впечатления не производит. Примечательна река не порогами, а обилием рыбы, тучами комарья и не шибко удобной заброской. На Илексу без волока можно заброситься или через Óловку или через Чусреку. Мы забрасывались через Чус. С тремя пересадками.

Поезд на Мурманск отходит что-то около 18 ч. В 7 утра следующего дня поезд оказывается где-то на востоке Новгородской области. В 9 с чем-то минует Волховстрой, и ещё несколько часов погодя оставляет позади Петрозаводск. Жарко. Окна открываем, какие возможно, но это лишь отчасти помогает. Посему резонно задаёмся вопросом: «А точно ли на север едем?»

За окнами продолжительное время видны только лес и вода озёр. Красивы залив Выгозера при подъезде к Надвоицам и следующее за Надвоицами озеро Воицкое («voi» - масло). Далее поезд идёт вблизи Беломоро-Балтийского канала. Время от времени этот водный путь виден из окна и скорее напоминает собой вытянутое озеро. В 1930-е гг. сюда можно было попасть по «бесплатной туристической путёвке» лет на десять всего только за одну безобидную, но не вовремя сказанную фразу. Например, за реплику «вот тебе бабушка и Юрьев день!», произнесённую по поводу грядущего вступления в колхоз.

Буквально за 1-2 минуты до полуночи поезд прибывает в Беломорск. Выгружаемся очень оперативно.

Полночь. Солнце находится чуть ниже горизонта с северной стороны. Я об этом то и дело забываю и путаю северное направление с южным.

Комары начали атаковать уже на платформе. В Беломорске комаров очень много. Даже в здании железнодорожного вокзала летают, как будто так и должно быть.

Белая ночь (14.07). Прошлись немного по Беломорску. Городок небольшой. Недалеко от вокзала находятся два памятника. Дошли до моста над рекой Нижний Выг. У моста на реке имеется впечатляющий порог. На правом – противоположном – берегу стоит недостроенное пока ещё деревянное строение – вероятно, строится церковь. Ниже порога с моста по идее должно быть видно Белое море. Но конфигурация береговой линии такова, что понять, где именно начинается море, трудно.

Возвращаясь к железнодорожной станции, задержались возле водоразборной колонки. Они в Беломорске заслуживают отдельного упоминания. Этакая каменная постройка 2x2 м, из которой торчит труба и трос. За трос надо тянуть. Из трубы польётся питьевая вода; если не подставлять ёмкость, то она уходит через отверстие в деревянном настиле.

Поезд «Мурманск – Вологда» проходит через Беломорск только через сутки. Провести сутки на вокзале Беломорска – крайне малое удовольствие. Поэтому где-то около 3 часов ночи мы отправляемся из Беломорска в Кемь – там переночевать лучше во всех отношениях. Поезд «Маленга – Кемь» помимо локомотива насчитывает всего два вагона дачного типа. За окнами поезда тянутся леса и болота.

Выгружаемся в Кеми. Здание вокзала двухэтажное, имеются достаточно удобные металлические сиденья. Пункт милиции, аптечный пункт и туалеты. В зале ожидания стоят кадки с бегониями, цитрусом и олеандром. Здесь же, в здании вокзала находится кафе «Сугроб». В общем, для центра «Кемской волости» вполне цивильно.

Недалеко от железнодорожной станции на окраине Кеми находится гора с выходами кристаллических пород. На горе – пустырь и заброшенная водонапорная башня. Среди обнажений скал и валунов цветёт княженика. Ни ягод черники, ни ягод голубики ещё нет. Нашли 4 крупных подосиновика. С горы открывается круговой обзор – на кварталы Кеми, реку Кемь и лес. Моря не видно.

К центру города ведёт проспект Пролетарский. Проспект – это, конечно, некоторое преувеличение. Обыкновенная улица. Через каждые 300 – 400 м – «лежачие полицейские». По левую сторону от дороги долго тянется заболоченный и заросший осокой ручей Пуэта. Дошли до центральной площади и пункта связи. Старинной архитектуры в городе не видели – она находится далее. Близость моря не ощущается. Вовсю цветёт жимолость и ещё какой-то кустарник – сирень, что ли.

В половине восьмого утра следующего дня (15.07) загружаемся в прицепной вагон поезда «Мурманск – Вологда». Поезд возвращается на Беломорск, а потом сворачивает на железнодорожную ветку, ведущую в Архангельск. Пересекаем по мосту Нижний Выг, чуть позже – его протоку под названием Шижня. Здесь с железной дороги видна плотина 18-го шлюза Беломорканала. Несколько раз поезд проходит совсем рядом со скалистыми уступами: дорога местами «врублена» в гранит. Эффектно. Время от времени пересекаем небольшие речки. Кругом – тайга и очень много болот, поверхность их занята водой и травами. Местность на переднем плане представляет собой низменность, и эта часть побережья Белого моря носит название Поморский берег. В отдалении по правую сторону видны возвышения кряжа, название которому – Ветреный Пояс. Абсолютные высоты вершин кряжа достигают 344 м (Оловгора). До Нименги поезд следует около 9-ти часов.

Выгружаемся на станции Нúменга – это в Онежском районе Архангельской области. Выходим к автомобильной дороге и останавливаемся. Сразу же появляются комары и слепни.

Сам населённый пункт Нименга небольшой и находится в нескольких сотнях метрах от станции. Глухие места. Местные обмолвились, что такого количества комаров как в этом году они ещё никогда не видели. Это обстоятельство стоит отметить особо.

Забрасываемся на Чус на грузовике-«УРАЛе». До Чуса – 72 км, заброска автотранспортом заняла часа 2 – 3. Просёлок на удивление неплох. В то время как мы едем в грузовике, вокруг  нас – только тайга, болота и озёра до самого горизонта. Жилья на десятки километров нет никакого. Сам Чус абсолютно необитаем, постоянного населения здесь нет вообще. Пересекаем кряж Ветреный Пояс. Местный житель говорит, что отсюда видно даже море. Наверное, это так оно и есть, хотя до моря отсюда – километров под сорок. Со своим зрением на таком расстоянии синеву неба от синевы узкой полоски моря я различить не в состоянии.

Наконец, мы выгружаемся на Чусе перед мостом. Заброска, которая длилась трое суток и включала проезд на трёх поездах и грузовике, наконец, завершена. Разбиваем лагерь на том месте, где когда-то размещались лесозаготовители.

Комаров здесь – немеряно! Мошки – немеряно! Мокрец присутствует. Слепней тоже летает много, особенно над дорогой. «Дифталар» спасает максимум на полчаса. От «Комарекса», если верить тем, кто им пользуется, толку нет никакого. Я старался стоять как можно ближе к костру - в дыму. Спалил правую штанину джинсов.

 

ЧУС.

16.07.

Ещё в Мурманском поезде хотелось искупаться. Наконец, это возможно. Лучше всего это сделать под мостом: комаров там меньше всего. Мост типичен для Севера. Он деревянный. Опоры сложены из брёвен «колодцем». Выше моста Чус по всей ширине зарос кувшинками.

Погода стоит солнечная. Жарко. По этой причине слепней особенно много. Лёха с утра оставил палатку открытой – чтобы проветрилась. К обеду в палатку набралось несколько десятков слепней. Стукнешь по тенту – гудит, что улей! В палатку заглянуть страшно: «камера пыток» и «комната ужасов»!

Васильич и Юля спали ночью под одним только тентом: так получилось, что палатку они забыли в Орле. Понятно, что выспаться им не удалось.

Во второй половине дня выходим на воду.

Русло реки местами поросло калужницей, сусаком (ещё не цветёт), хвощём. Встречается какое-то растение с мутовками листьев, похожими на ивовые и жёлтыми соцветиями, тоже отдалённо напоминающими соцветия ив. В первый день сплава берега Чуса очень низкие, заболоченные. Деревья стоят почти вплотную к воде. Леса по берегам преимущественно еловые. Догадайтесь с трёх раз, какие животные здесь водятся в большом количестве?

Главное впечатление от Чуса – это комары! Их тут не то, что не меряно – их просто сказочно много! Впиваются по нескольку десятков сразу. Особенно туго приходится на участках реки, где русло сужается – на поворотах, среди островков, а также среди зарослей высоких трав на мелководье. Иногда возникает необходимость остановиться и осмотреться. Но комары думать не дают. Звон стоит почти как на пасеке! Они постоянно вьются вокруг накомарника. Если б только снаружи! И под сеткой их вьётся уже штук двадцать, невесть как туда пробравшихся. Это не считая тех, что дохлыми уже валяются на дне накомарника. Прибиваешь их время от времени, а они снова проникают, хотя накомарник цел. И никак не попадает под «горячую руку» насосавшаяся крови тварь, маячит перед глазами, ползая по сетке туда-сюда. Иногда комары путаются в ресницах и мешают смотреть.

У меня ещё по обыкновению рукава рубашки закатаны до локтя. Комары этим нагло пользуются! Собственно, пока на тыльной стороне кисти сидит 3 – 4 комара, на них можно не обращать внимания. Но когда комаров становится 7 – 8 и больше, тогда можно на секунду отпустить весло, прихлопнуть комаров и сразу же продолжить работу веслом. Совать руку в воду бесполезно: комары и под водой будут сосать кровь невзирая на течение, а вот когда насосутся, тогда они вытаскивают хобот, их выносит на поверхность воды, и они взлетают.

Рубашку комары прокусывают легко. Сплавляясь по реке, Таня спрашивает: «Что это у тебя на плече?» Оборачиваюсь – а на левом плече копошится сплошная серая масса комаров, их несколько десятков сразу сидит! На правом, кстати, тоже.

Лёха громко комментирует происходящее:

- Мы так отдыхаем! Расслабьтесь! Это отдых!

- Мы приехали сюда, чтобы накормить гундосых тварей! Оказать им гуманитарную помощь!

- Обманули! Обещали отдых! Вот это я попал!

- Я теперь всем буду рекомендовать съездить на Чус! Чус, скажу, это такая замечательная река. Курорт! На ней можно хорошо сплавляться на лодках. На Чусе можно здорово порыбачить! Замечательно провести отпуск. Просто незабываемо! Получить массу впечатлений. Но главное, главное – на Чусе можно отдохнуть!!!

- Я не представляю эти места без комаров! Здесь, должно быть, и зимой комары летают! Как сейчас – прямо над сугробами.

Пару раз наша байдарка основательно налетела на камень – посреди широкого по меркам Чуса участка реки. Неожиданно. На полном ходу. Посреди почти стоячей воды. Вода в Чусе тёмного цвета, и покрытые водорослями камни не видны в упор. «Мохнатые камни».

На протяжении дня встречались мелководные перекаты – трудно сказать, сколько именно. Местами приходилось выбираться из байдарки и вброд проводить её вперёд, протаскивать по камням. Иногда проталкивали байдарку по камням, отталкиваясь вёслами и не выходя из неё. По словам Лёхи, мы вёслами «ломали камень на Чусе».

По правую сторону в Чус впадает Большой Енгиз (Большой Енгиш).

По пути движения оказывается небольшой разлив реки-озерцо. Крутой поворот влево. Чус вытекает из озера в направлении, противоположном тому, в котором втекает. Вытекает из озера рядом с тем местом, где втекает.

Вскоре после озерца начинаются перекаты, переходящие в порог Кáля. Преводится «kalio» как скала. Никаких скал здесь нет, только большие валуны и невысокие обнажения гранитов вдоль русла реки. Кому-то одуревшему среди низинных болот от комариного звона они, видимо, показались скалами.

Рыбы в Чусе много.

 

Железнодорожный вокзал в Петрозаводске.

Станция Медвежья Гора и вывеска на здании станции.

Нименга (авт. Р. Щуров).

Бескрайние таёжные дали.

Вид с кряжа Ветреный Пояс в сторону Белого моря.

Чусрека: вид с моста. Начало маршрута.

Чус (в центре) втекает в озерцо. Вытекает справа за кадром. Слева за кадром впадает Большой Енгиз.

 

 

Прохождение порога

Каля в белую ночь.

Каля.

 

 

Порожек на Чусе.

Каля.

 

 

Именинник на Чусе занят разбором завалов и обносом байдарок

(авт. Р. Щуров).

 

 

Порог Каля в июле проходим на байдарке не до конца: он мелководный. Проводим байдарки. Дно реки очень неровное по причине большого количества камней. Можно легко оступиться в какую-нибудь расселину между ними.

Порог Калю мы миновали где-то около полуночи. Чуть ниже порога становимся на ночёвку на левом берегу Чуса. Комаров на берегу тоже много, так что «Дифталар» не помогает вовсе. Всё же комарья меньше, чем на реке. Дима выражает это обстоятельство одной фразой: «Нет, после Чуса это уже не комары».

Во время ужина кто-то рассказывает о варианте казни, некогда практиковавшемся у какого-то северного народа. Суть казни заключалась в том, что осуждённого поливали кровью и оставляли связанным в тайге (в тундре) на съедение комарам. Если через сутки после начала экзекуции осуждённый оставался жив, то он получал прощение. Но происходило это редко, а те, кто выживал, обычно оставались не в ладах с рассудком.

Забираясь последним в палатку, Лёха оставляет не застёгнутым всего лишь 5-сантиметровый участок молнии на входе. Пригласил комаров в палатку… Через короткий промежуток времени внутри палатки стоял звон от десятков комаров. Выспаться они не дали.

17.07.

Утром принимали «джакузи» в пороге Каля. Хорошее место. Единственное на всём Чусе, где почти не трогают комары. Это – посередине порога на камнях. Слепни, однако, имеются, но их не так много, и они особо не допекают.

Выходим на воду. По ходу движения блесним рыбу. В Чусе водятся крупные щуки и окуни. Помимо прочего ловили рыбу спиннинг. Дело в том, что адмирал уронил свой спиннинг в воду. И все мы раз за разом пробрасывали блёснами этот участок реки в надежде, что зацепим спиннинг. Но спиннинг не клевал. Рыбалка затягивалась. В конце концов, адмирал вышел и своего судна и отыскал спиннинг. Поймал руками.

В другой раз у Лёхи сорвалась с крючка крупная рыба. И вот Лёха закидывает блесну раз за разом. Рыбина срывается ещё раз. Действие продолжается. Затем на крючок попался крупный окунь. Торжествующий Лёха вытащил его из воды, но окунь уже находясь в воздухе, сорвался с крючка, упал на байдарку и , трепыхаясь, ускользнул. Вскоре Лёха поймал таки окуня, но взяв его в руки, сказал: «Нет, это не та рыба! Будем ловить ту». Оригинальный получился «face-control». Блеснение продолжалось до тех пор, пока не была поймана крупная щука.

Сегодня по реке перемещаться легче, чем в предыдущий день. Во-первых, река шире. Имеется возможность перемещаться подальше от берега, и соответственно – от комаров. Кстати, берега стали намного выше и не лежат более вровень в поверхностью водотока. Во-вторых, мелей на реке почти нет, равно как и густых зарослей травы посреди реки.

Перекатов на протяжении дня немного. В нижней части наиболее существенного переката лежит дерево, на которое несёт течением. Необходимо уйти от него влево и пройти между левым берегом и верхушкой дерева.

Чус порой сильно напоминает Вытебеть, а местами – и вовсе вылитая Вытебеть. Это сходство по ходу движения возрастает. Основное отличие – в количестве комаров. Вечером, когда Солнце скрылось за деревьями, полчища гундосых на реке активизировались.

Походная группа насчитывает 12 человек. Для Чуса это слишком много. Комарьё добавляет долю нервозности в поведение почти каждого участника сплава, и это чревато мелкими «тёрками» и разногласиями, двусмысленными шутками и неуместным подначиванием. Всё это будет длиться не один, и не два дня, а почти три недели. Стоит ли оно того? По-хорошему, группу следовало разбить на две и двигаться по реке двумя параллельными группами. Но это ясно уже обратным числом.

На ночёвку остановились на левом берегу Чуса.

18.07.

Продолжаем сплав.

Сходство с Вытебетью опять же налицо. Кстати, вода теперь стала намного прозрачнее, поэтому камни видны лучше. Притоки впадают в Чус слева под острым углом, их здесь как минимум, два. После первого из них на реке стали появляться песчаные отмели. На протяжении дня мелей и перекатов на реке много. Один из перекатов можно даже назвать небольшим порожком. Начинается он резким поворотом русла вправо, а заканчивается – таким же под 90° поворотом влево.

На ночёвку остановились на песчаной отмели левого берега. Комарья на отмели немного меньше.

19.07.

День похож на предыдущий, Чус всё так же напоминает собой Вытебеть.

На обед остановились перед первым большим завалом из хаотичного нагромождения древесных стволов. Обнос – по левому берегу, метров 400. Упаковывать байдарки ниже завала удобнее на правом берегу. Кстати, по левому берегу напротив завала тянется тропинка. Как ни удивительно, но туристы на Чусе иногда всё-таки бывают. Но редко. Поэтому берега Чуса не захламлены мусором, как например перед крупными порогами на Керети.

Вечером вышли на какой-то обширный разлив. Представляет собой не то озерцо, не то болото. Он мелкий, сильно зарос травами, имеются островки и протоки. Трудно понять, куда следует грести. Слышен шум порога. Но этот порог находится не на Чусе, а на Пемóже – притоке Чуса. Другими словами, разлив представляет собой устье Пеможи.

На ночёвку остановились на берегу Чуса где-то после устья Пеможи.

20.07.

Визуально Чус – вылитая Вытебеть. Такие же коряги и завалы, такие же мели на поворотах, такие же изгибы. Петляет Чус в нижнем течении очень сильно. Огибая длинные мысы, река порой меняет направление на противоположное.

Дождей нет. Каждый день держится жара порядка +30°С. Но штормовку не снимаю: её не прокусывают комары. Более того, на воде всё время нахожусь в двухслойных зимних перчатках, через два слоя ткани комары не могут дотянуться хоботом до кожи. Накомарник одет постоянно.

На песчаных отмелях – много следов: следы копытных, волчьи следы, а кто-то видел и медвежьи. Кстати, видели мы на Чусе и деревья со следами медвежьих когтей. Ничего удивительного. В радиусе 70 км у нас всего две маленькие деревеньки – станция метеорологов Калгачиха и заброшенная деревня Луза, да ещё несколько избушек – по пальцам одной руки можно пересчитать, где живут смотрители национального парка. Все эти микропоселения расположены исключительно вдоль Илексы, а на Чусе помимо редких туристов никого нет. Мы находимся где-то посреди Водлозёрского национального парка, а он являет собой очень большой, если даже не самый большой по площади уголок нетронутой природы во всей Европе. Исключительная глухомань.

Очень мне интересно, как переводится слово «Чус». Этот явно фино-угорского происхождения гидроним встречается и в других местах. Например, в Удмуртии есть река с таким же названием, приблизительно той же длины, и протекающая в аналогичной глухой таёжной местности. Не ведая точного перевода, я могу привести только собственные измышления на этот счёт. Я бы перевёл его как «Комариный-Дух», как «комариный ад», как «гиблое место», «умопомрачение», «чур-меня!», «не-ходи-туда» или ёщё каким-нибудь подобным образом. Короче, Чус.

Много позже мне удалось раскопать в саамском словаре пару похожих по звучанию слов. «Чỹйй» переводится как звон, «чỹшшк» - как комар. Шипящие звуки в ином фино-угорском языке вполне могут оказаться звуком «с». Сравните, например, карельское «шари» («остров») с эстонским «саари».

Нередко приходится выбираться из байдарки. Иногда достаточно бывает провести её облегчённую среди коряг. В других случаях мы пропиливали, прорубали проход. Три раза завалы пришлось обносить по берегу. Если в предыдущий день байдарки мы распаковывали, то сегодня толпой перетаскивали их гружёными.

Почти весь день мы провели, преодолевая завалы на Чусе. А у Лёхи, между прочим, день рождения. Более того – юбилей: 25 лет. Так он его и провёл, перетаскивая байдарки в окружении полчищ комаров. Фраза дня: «Никогда этот день рожденья не забуду!»

В своём нижнем течении Чус очень сильно петляет. Ближе к вечеру мы вышли на участок реки, протекающий посреди безлесного болота. Но с воды видны лишь кусты и берега – до бровки, что тоже немного напоминает Вытебеть, а именно калужский её участок. Но – только при взгляде с реки.

Наконец, наконец-то мы вышли на Илексу! Ура!!! Страшный Чус пройден!

Но это ещё не конец похода…

 

 

 

ИЛЕКСА.

Пройдя через Чус, мы оставили в стороне верхнее течение Илексы. Там согласно описаниям имеется череда простых порожков: 3 Калгачихинских порога, Мельничный, Карежка, Лайва, Порпорог, Кривой, Ухтинский. Нам же предстоит прохождение только среднего и нижнего течения Илексы.

У места впадения Чуса Илекса по ширине примерно такая же, как Ока чуть ниже стрелки. Через 3-4 сотни метров после впадения Чуса Илекса разветвляется на две протоки. Правая ведёт на Ламбужозеро (оно же – Ламбужское), поэтому поворачиваем в левую. Далее движемся, стараясь не потерять друг друга из виду. Нормальных берегов на этом участке реки нет, их вообще не видно. По сторонам открытого водотока, ширина которого – метров 20-30, тянутся сплошные заросли ивняка. На следующей развилке поворачиваем в правую протоку, и почти сразу же за ней – ещё одна развилка, где мы поворачиваем в левую протоку.

Вскоре выходим на Тунозеро, оно же – озеро Тун. Озеро имеет порядка 2-3 км в поперечнике, но оно очень мелкое. По всей своей ширине оно заросло какой-то травой, скорее всего – сусаком. Эта трава сильно затрудняет ориентирование, берега озера видны лишь частично. Среди стеблей через всё озеро идёт узкая протока. Ширина чистой воды составляет 3 – 7м. Эту протоку важно не потерять, иначе придётся долго плутать по озеру, а точнее говоря по одному большому заросшему мелководью, среди которого байдарка может пройти далеко не везде.

Илекса, как и почти всякая карельская река, на своём пути проходит через несколько озёр. В том числе и через Тунозеро. Красивый участок реки находится вскоре после Тунозера. В особенности он хорошо выглядит вечером в силу освещения его Солнцем.

В двух километрах ниже Тунозера на левом берегу стоит изба – кордон егеря. Проходим далее ещё несколько километров и становимся на ночёвку на левом берегу. За полчаса до полуночи. Собственно мы уже не особо надеялись выбраться на берег до полуночи, поэтому поздравлять Лёху с 25-летием начали ещё на воде.

Всю ночь празднуем. Лёха к этому случаю тайно ото всех вёз с собой в байдарке коньяк. Здесь посреди безлюдной северной тайги коньяк оказался приятной неожиданностью для участников похода. «Николашки» к коньяку тоже прилагались. А стол, кстати, самый что ни на есть настоящий. На Илексе в определённых местах имеются стоянки, оборудованные для туристов и рыбаков. Со сложенными из сухих стволов столами, с запасом сухих чурбаков, а иногда – и с лестницей-спуском к воде.

Подарок тоже везли с собой тайно – мягкую игрушку на батарейках, зайца с потешным музыкальным сопровождением. Надо полагать, предназначался он не столько Лёхе, сколько его ребёнку. По ходу дела заяц во время упаковки герметиков нет-нет, да и начинал играть музыку. И этого зайца спешно старались куда-нибудь спрятать. А Леха всё никак не мог понять, откуда музыка доносится.

Ещё одна домашняя заготовка – поздравление, прозвучавшее на финском языке (по причине отсутствия соответствующих словарей и разговорников – не на карельском). Этого, конечно, тоже никто не ожидал, тем более что по ходу дела в текст было вплетено упоминание о комарах на «Чусйокки».

А комары, кстати, летают и белой ночью. Поэтому во время празднования половина группы продолжает оставаться в накомарниках.

Лёха: «Да, этот день рождения я точно никогда не забуду!» (Равно как и свой день рождения на следующий год – он прошёл столь же незабываемо. Пожалуй, даже ещё более незабываемо. Но это уже другая история).

21.07.

Закономерная днёвка. Моемся, стираем, зашиваем вещи, вялим рыбу и т.п. На просушке – около полусотни лещей, щук и окуней. Сколько рыбы было съедено во время ужинов – сказать трудно. Чистка рыбы каждый раз происходит по принципу: «двое чистят, третий интенсивно обмахивает первых двух». Иначе комары «съедают». Больше всего комарья – у кромки воды.

Впервые со времени заброски на Чус повстречали местных: к лагерю подходил на моторке инспектор Водлозёрского заповедника.

Вокруг лагеря растут преимущественно ели. В поисках сосновой хвои я отошёл от лагеря метров на полтораста, слышу – впереди хрустнула ветка. Потом ещё раз, но ближе. В подлеске никого не смог разглядеть. Уповая на то, что я тоже ещё не виден кому-то, вернулся в лагерь.

Кстати, параллельно нам по Чусу и Илексе идёт ещё одна орловская группа, мы иногда пересекаемся с ними. И ещё два человека вышли на маршрут несколькими днями позже. Потом они рассказывали нам, что в нижнем течении Чуса медведица вместе с медвежонком прошла всего в нескольких метрах от палатки…

Я не оставил идею приготовить сосновый отвар. Одну сосну обнаружил на берегу реки вблизи лагеря. Пришлось забираться наверх: крона была только наверху. Так вот, комаров на высоте нескольких метров над землёй нет. Вот где, в принципе, можно от них спасаться!

Выражением впечатлений, оставленных комарами, стал установленный на берегу «корефан». Коллективное творчество выразилось в создании вот «скульптурного» образа, для которого потребовался высокий пень, туристское снаряжение и, разумеется, накомарник.

22.07.

Ходовой день.

Во время остановки на обед «дикий волк» переплыл через реку, выбрался на берег и повернул к лагерю. Схватились кто за вёсла, кто за дубьё. Вблизи оказалось, что это собака, причём небольшая, хоть мордой на волка слегка похожа. Просто масштабы на водной поверхности издали нередко воспринимаются плохо. Эта собака потом некоторое время следовала правым берегом параллельно байдаркам.

На ночёвку остановились на правом берегу Илексы перед Носовскими порогами. Берег крутой, покрыт высоким сосновым лесом. Появились первые ягоды черники. Очень мало. Помимо того в этом месте можно набрать немного прошлогодней брусники. Что касается грибов, то их в походе мы собираем очень мало, да и те – червивые. Жарко, а дождей нет.

Первая стоянка на нашем водном маршруте, где комаров относительно мало. Относительно, подчёркиваю. Зато мошка присутствует в большом количестве. Собственно, уже неделю мы слышим комариный звон круглосуточно и повсеместно. Только на середине реки можно перевести дух.

К этому моменту кисти рук и запястья у меня распухли от комариных укусов сплошь. Ещё сильнее распухли ноги в районе голеностопных суставов. Там выше пяток вообще живого места на коже не было, а кожа… пардон, шкура загрубела, и на ней видна была засохшая корочками лимфа. Аналогичным образом досталось всем – кому чуть больше, кому чуть меньше.

23.07.

Вышли на Носовские пороги. Они же – Окунёвые пороги. Состоят из пяти ступеней, следующих с интервалами в сотню-другую метров. Первая ступень проходится ближе к правому берегу. Впечатления пороги не производят, а камней в них много. Собственно, это вовсе не пороги, а небольшие шиверки и перекаты, и только в одном месте имеется что-то наподобие порожка. Все это – хороший наглядный учебно-тренировочный объект на пути к более сложным порогам (до них ещё очень далеко) и не более.

Ниже Носовских порогов на правом берегу стоит «кривой» лес. На склоне растут наклонёнными все без исключения деревья. Нормальные по длине стволы наклонены под углом 15 - 20°, и только их верхушки заметно отклоняются к вертикали. Расположенные далее деревья стоят, надо полагать, прямо, но этого не видно. И создаётся впечатление, что весь лесной массив состоит из наклонённых к реке деревьев. К сожалению, «кривой лес» остался за кадром.

Вечером вышли на Монастырское озеро. Оно мелкое – максимум до 2 м , а в северной части местами сильно заросло травой. Озеро хорошо прогревается, и говорят, что это очень рыбное озеро.

В северо-западной части озера, где его берега наиболее возвышенны, некогда располагалась деревня Юрьевы Горки и вблизи неё располагался монастырь. Теперь там всего одна жилая изба, где живёт инспектор Водлозёрского заповедника. Он выходил к нам на причал вместе со своим старым псом. Электричеством он обеспечен благодаря дизельному генератору.

Ночью пересекаем Монастырское озеро. Ветер южный, и поначалу волнение на озере ощутимо тем более, когда волна приходится в правый борт. В южной части озера волнение слабенькое. Позади нас небо и поверхность озера окрашены закатом в красный цвет. На юге появилась на небе первая звезда. А на востоке восходит над озером совсем тонкий серп Луны. Его отблеск на воде напоминает пламя свечи.

На ночёвку остановились на правом песчаном берегу в южной части Монастырского озера у выхода в Икозеро.

 

 

Илекса чуть ниже Тунозера (авт. Р.Щуров).

 

 

Посреди Тунозера.

Обустроенная стоянка посреди дремучих лесов

(авт. Р.Щуров).

(авт. Р.Щуров).

«Он был туристом на Чусе»

(авт. Р.Щуров).

1-я ступень Носовских «порогов».

 

 

Улов (авт.Р.Щуров)

Вечер на Монастырском озере.

Монастырское озеро.

 

 

 24.07.

Комаров на месте стоянки опять же необычно мало. Но есть.

Купались в Монастырском озере. Мелко. В нескольких сотнях метров от берега – воды по грудь. Отсюда уже Икозеро через пролив видно. Наверное, Монастырское озеро вообще можно пешком перейти

Выходим на воду. Пересекаем Икозеро. Оно тоже очень мелкое, и вёсла нередко касаются песка. Выход из Икозера находится в южной части и представляет собой две протоки с большим островом между ними. Мы прошли левой протокой.

Изредка помимо заливов на реке встречаются вытянутые неширокие старицы, по которым порой можно углубиться на сотню-другую метров.

Интересное место – Чёрные Камни. Здесь нет ни порога, ни шиверы, и даже перекатом это место назвать трудно. Но зато имеется множество подводных камней. И надводных – тоже. Здесь мелко, и здесь много рыбы. Поэтому три байдарки из шести надолго задержались на Чёрных Камнях. Нас не выгнал оттуда и дождь. Над рекой во время дождя повисла радуга. Причём с одного её конца красная полоска на фоне деревьев висела, казалось, на расстоянии вытянутой руки.

После Чёрных Камней мы бросились догонять ушедшие вперёд экипажи. Конечно, так и не догнали. Уже ночью – белой, разумеется, подошли к Лузским порогам. Но ночи хоть и белые – а препятствия на реке видны в это время плохо. В силу особенностей освещения выступающие края камней зрительно сливаются с поверхностью воды. Чего говорить о неровностях водной поверхности! Согласно описаниям, длина порогов, расположенных в протоках реки, составляет 1200 м .

Первая «ступень» Лузских порогов представляет собой обыкновенное множество камней в русле, что на скорости течения почти никак не отражается. Дальше становится интереснее. Тоже имеется множество камней, но зато заметен небольшой перепад высот, появляется быстрое течение с небольшими стояками. Впереди идёт байдарка Димана и Иринки. Мы с Лёхой следуем за ними на небольшой дистанции и наблюдаем, как они проходят. Но всё равно раза четыре цепляем днищем за камни. Анатольич и Женя замыкают шествие.

После стояков русло реки почти по всей ширине оказывается перегороженным поваленным деревом, проход имеется только у самого правого берега. За деревом река делает крутой поворот влево, правый подмываемый берег здесь крут. Ещё через полсотни метров река делает поворот вправо. Ещё один перепад высот с быстрым течением, после которого течение направляется на каменистую мель правого берега и перед этой мелью уходит влево. Входя в быстроток, мы видим, как впереди нас «Катран» садится на большой обливник – это, можно считать, последний камень в пороге. Видя наше приближение, Диман пытается сняться с камня, но не успевает. Мы проходим «сливчик» и налетаем борт в борт на «Катран» Димана. И заталкиваем его на камень ещё выше. Теперь уже сняться с камня, не выходя из лузы, Диман не может. Нашу же байдарку быстротоком стало заталкивать под «Катран» Димана. В это самое время через лузу накренившейся байдарки плескалась вода. Я поставил весло слева, что бы упираясь за него, противодействовать крену. Диман и Лёха, расценив моё движение, как намерение выбраться, в один голос заорали: «Сидеть!» Сижу – жду, пока они разрешат обстановку. Выбираться из байдарки мне нельзя: попытка приведёт к тому, что байдарка наполнится водой «по полной программе», и тогда будет только хуже.

А следом за нами в пороге из-за поворота уже появилась третья байдарка. Анатольич направляет судно правее нас, и третий «Катран», образно выражаясь, «выбрасывается» на мель. Анатольич торопится нас спасать; не тут то было! Дело в том, что в каждой байдарке находилось по спиннингу. И вот крючок чьего-то спиннинга зацепился за каску Анатольича. Прежде, чем нас спасать, Анатольичу пришлось сначала самому освободиться от крючка.

Иринка не очень то хотела выбираться из байдарки. Но ей пришлось это сделать. И более того – с веслом в руке пересечь вброд струю быстротока сразу за порогом. А она в водном походе впервые!

К тому времени, как удалось сняться с камня, водой наша байдарка наполнилась где-то наполовину. Частично отчерпав воду, движемся по реке далее. Вскоре подходим к левому берегу, где экипажи ушедших вперёд байдарок уже расположились лагерем. Пожалуй, Лузский порог – моё наилучшее воспоминание об Илексе. Это, кстати, неплохая психологическая разгрузка.

Урочище Чёрные Камни.

Лузский порог в белую ночь

(авт. Р.Щуров).

Илекса близ Охтомского порога (авт. Р.Щуров).

В Новгуде.

Калакундинский порог. Вид от Калакунды.

Турприют Новгуда.

25.07.

Очень несложный ходовой день. Но и не особо интересный.

Выше Лузского озера река широкая и глубокая, а течение очень медленное. По правому берегу порой появляются безлесные участки, а сам берег в таких местах – вровень с водой, и только трава возвышается. Там находится болото Пимзямох.

Илекса выходит на Лузское озеро двумя протоками. Мы проходим левой – она намного короче. Лузское озеро полностью находится слева от нас, оно далеко вытянулось в ту сторону. Влево открывается красивый вид. Там ещё где-то находится заброшенная деревня Луза, но нам она не видна.

На реке, подобно рыбам, из воды выскакивают птицы. Доли секунды они видны над водой, и снова ныряют.

Ниже Лузского озера попали под сильнейший, пусть и непродолжительный  ливень. С грозой.

На ночёвку остановились в километре выше устья Нижней Охтомы. Очень красивое место. Особенно ночью, когда над рекой стоит густой туман.

26.07.

Вскоре после выхода на воду проходим Охтомский порог. Он начинается после устья Охтомы поворотом Илексы влево. Топоним, вероятно, переводится как «ohto maa», т.е. «опасная земля». Охтомский порог – наиболее крупный и, пожалуй, наиболее интересный на всей Илексе. Согласно описаниям, он состоит не то из 5-ти, не то из 6-ти ступеней. Первая «ступень» ничего интересного не представляет. Она фактически столь же не является порогом, сколь первая «ступень» Лузского порога.

Вторая ступень интереснее в силу того, что здесь имеется быстрое течение. Ничего сложного тоже нет. Правда, одна из наших байдарок села таки на камень посреди потока, и на камень, надо сказать, весьма заметный. Села точно серединой, течение развернуло её лагом, что хуже всего, и стало заливать. По реке поплыло несколько предметов, лежавших в байдарке незакреплёнными: баклажка сухого молока, что необходимо отметить особо, и накомарник капитана. Последовали спасработы, благо в том месте неглубоко. Несмотря на то, что течение не особо сильное, байдарку все же слегка погнуло – выгнуло посередине кверху. Причина – несогласованность действий экипажа.

Третья ступень Охтомского порога – самое интересное место на всей Илексе. Это настоящий порог, хотя и несложный. Полагаю, не выше 2-ой категории трудности. Имеется выраженный слив, камней по ходу движения немного, далее – стояки, при прохождении которых вода несколько раз небольшими порциями заплёскивается в байдарку через переднюю лузу.  Так что при прохождении порога без фартука сразу же за сливом стоит отчерпать воду из судна.

Где именно заканчивается Охтомский порог, сказать трудно. Ступени Охтомского порога находятся друг от друга на расстоянии в 2 – 3 сотни метров, а то и больше. А сразу же за Охтомским порогом начинаются другие перекаты и порожки. Судя по карте и по описаниям, где-то здесь находятся порог Наглижна и Гапппорог Он же – Гай-порог. Переводится не то как «осина» («гап»), не то как «чайка» («кай»). Но на местности определить, что есть что, практически невозможно. Тем более, что имеются несоответствия в описаниях реки. По одной из версий, например, утверждается, что Охтомский порог состоит из трёх ступеней, а Гаппорог представлен цепочкой перекатов.

Запомнился совсем маленький, но приятный порожек, где течение двумя крутыми поворотами под 90° огибает остров слева. Да ещё запомнился мелкий на выходе, каменистый широкий порожек. Сколько я не смотрел потом в карты и описания, но до сих пор могу высказать лишь осторожное предположение, что первый из этих двух упомянутых порожков был Наглижна, а второй – Гаппорог.

Собственно, порог Наглижна – это то место, где Илекса выходит из Онежского района Архангельской области в Пудожский район Карелии. Но мы на протяжении всего дня не можем понять, где именно находимся – то ли мы ещё в Архангельской области, то ли уже в Карелии.

Был в этот день во второй половине перехода довольно длинный участок реки без препятствий. Здесь мы останавливались на обед на сильно вытянутом узком острове. Ширина острова – метров 15. Сушняка на острове мало, но для приготовления обеда хватило. Илекса здесь широка, фарватер проходит слева от острова. А справа от острова медленное течение идёт в обратном направлении. Вода течёт вокруг острова! Берега острова круты и даже обрывисты, причаливаться почти негде. Зато у этого места помимо оригинальности есть два больших плюса. Во-первых, на острове – сухой грунт. Во-вторых, на острове почти нет комаров.

Вечером подошли  к очередному не то порожку, не то перекату – с воды не видно. Решили далее не идти, а остановиться на ночёвку здесь. Слева на сотню метров в берег вдаётся залив. Посреди мелкого узкого фарватера, ведущего в этот залив, лежит камень. Там в заливе мы и причалились.

Капитан судна, потерпевшего сегодня аварию во второй ступени Охтомского порога, выбираясь из байдарки, обнаружил лежащую у берега баклажку с сухим молоком. Он искренне изумлялся и радовался. Надо же, баклажка проплыла километров 15 и нашла хозяина уже на берегу – даже в заливе! Лишь по прошествии несколько месяцев наш завхоз «раскололся»: это он подобрал вблизи Охтомпорога уплывающую по реке баклажку, а вечером незаметно подбросил её к байдарке.

Ночевать будем, сами не знаем где.

Комаров на месте стоянки много. Летят на тепло, поэтому то и дело падают в кашу – едва успеваешь вытаскивать. Точнее говоря, не успеваешь. Снова приходится есть, не снимая накомарников. Подносишь ложку ко рту, приподнимаешь сетку, закидываешь в рот порцию каши – и опять сетку опускаешь. Курящие научились курить прямо через накомарник. Между прочим, комары неодинаково интенсивно атакуют участников похода. К одним на руки они почти не садятся, а к другим – садятся в большом количестве. Сегодня во время ужина это достаточно наглядно. Кстати, «чистота эксперимента» соблюдена. Речь идёт о только что вымытых руках, не испачканных ни керосином, ни куревом, ни какими-либо ещё ароматами. И ещё одно замечание по этому поводу. Комары усиленно летят на запах бензина, керосина, синтетических клеёв и спирта. Так что алкоголем пугать комаров так же бессмысленно, как и дрозофил – они сами алкоголики ещё те.

27.07.

Едва продолжили движение по реке, как прошли серию порожков-перекатов, изобилующих камнями. И спустя 20-30 минут неожиданно для себя вышли к Калакунде. Другими словами, мы прошли Калакундинский порог и даже не заметили. А ведь согласно описанию он является одним из двух наиболее серьёзных порогов на реке – наряду с Охтомским. Здесь вроде как должны быть крутые сливы, стоячие волны и большие камни. Большие камни и вправду есть. В большом количестве. Длина порога – 800 м.

Калакунда – это заброшенная деревня на необычно высоком для Илексы левом берегу. Переводится просто. «Кала» - рыба, «кунда» - поселение. Сейчас в Калакунде никто не живёт. Здесь имеется летний домик, часовенка, памятный знак, столик со скамейками и заготовленные дрова. Поблизости – аккуратно оборудованная мусорная яма с крышкой. Калакунда расположена на открытой луговине площадью в 1-2 десятка га. От Калакунды с возвышения открывается вид на излучину Илексы и ельники противоположного берега. Но вот что совсем удивительно – в Калакунде нет комаров! Ни одного! Это обстоятельство Женя выразил следующей фразой: «Нет, мы, наверное, не на Илексе… Мы должно быть где-то ещё, совсем в другом месте».

Калакунда – это уже точно Карелия, а не Архангельская область. Впервые за сутки мы смогли точно определить своё местоположение.

В километре ниже Калакунды остров делит русло реки на два рукава. Мы движемся левой протокой. Посреди этой протоки находится очень короткий порожек Сиговец с небольшим, но хорошо выраженным сливом. Слив совершенно чистый. Простейший порожек, какой только может быть. Он, конечно, не впечатляет, но доставляет удовольствие, пусть и небольшое.

В паре километров ниже Сиговца на правом берегу расположилась лагерем группа москвичей. Они зашли на Илексу с Водлозера – против течения. На правом берегу с дровами дело обстояло неважно, поэтому дрова москвичи заготавливали на левом берегу. Мы сочли левый берег удобным для того, чтобы расположиться на обед. Москвичи говорят нам, что место неудобное, потому что там «много комаров». Ха! Да они комаров не видели! Не было москвичей на Чусе! Вот там были КОМАРЫ! А на этом месте за всё время пребывания каждому из нас на глаза попалось по нескольку комаров. В связи с чем Женя произносит:

- «Плохо!» – и поясняет. – «Мы стали обращать внимание на отдельных комаров». Да, действительно, на Чусе этих экземпляров мы б просто не заметили. В общем плане на Илексе количество комаров сильно убывает в направлении от Чуса к Водлозеру.

Между прочим, в этом месте вдоль берега проходит тропа, ведущая сначала к заброшенной деревне Луза, что на Лузском озере, а далее – к Белому морю. Тропа была известна ещё несколько веков назад и была торговым путём. Об этом свидетельствует схема, установленная у начала тропы.

Илекса порой бывает весьма широкой. Вот, например, своеобразный разлив реки, посреди которого находится сразу несколько небольших островов. Не сразу понятно, в какую сторону идёт река. Собственно, река забирает влево, а разлив находится преимущественно по правую сторону.

Движемся по реке до турприюта под названием Новгуда. Здесь имеется несколько деревянных домиков, столик, скамейки, речной причал. Новгуда обитаема: здесь живут смотрители заповедника, а также их забавная псина. Поблизости от домиков находится большой – в рост человека – муравейник.

В Новгуде наш сплав на байдарках по Илексе завершается.

Но это ещё не конец похода…

 

ВОДЛОЗЕРО.

28.07.

Около полуночи к Новгуде подходит катер. Погружаем на него все 6 байдарок. Не разбирая. Затем погружаемся сами. Катер отходит от берега. Яркая «звезда» скользит над лесом левого берега.

Довольно долго катер идёт по Илексе. На своём последнем десятке километров Илекса широкая. Русло её образует протоки, обширные заводи, на реке имеется несколько крупных островов. Наконец, низкие берега расходятся в стороны, и открывается Водлозеро.

 

Виды на Водлозеро с островка.

 

 

 < Закат над 

 Вавдипольской

 Лахтой

  (авт. Р.Щуров).

Капкан, обнаруженный в лесу

(авт. Р. Щуров).

 

 

Водлозеро – самое крупное озеро юго-восточной Карелии. Площадь его - 362 км2. Это больше, чем площадь Селигера или, например, Телецкого озера. С севера на юг оно простирается на 37 км, а с запада на восток – на 19 км. Посреди озера имеется около дюжины крупных островов и множество мелких. Всего – 196 островов. Все вместе они занимают относительно небольшую часть поверхности озера. Глубина озера достигает 16 м. Из Водлозера берут начало две реки – Вама и Сухая Водла. Но об этом ещё будет сказано далее.

Мы пересекаем Водлозеро от самой северной его точки до глубоко вдающейся в озеро линии южного берега. От Новгуды до Кугонаволока катер идёт часа четыре или даже чуть больше. Нас обдувает холодным воздухом, и отчасти поэтому всех клонит в сон. Местный управляет катером, сидя в рубке. Он тоже хочет спать, и иногда клюёт носом. Часть походной группы уже спит. Я тоже засыпаю. В то время, пока сплю, катер проходит мимо Ильинского погоста. Там, насколько мне известно, на маленьком островке стоит старинная деревянная церковь – памятник архитектуры XVIIXVIII вв.

Когда просыпаюсь, над Водлозером восходит Солнце. До Куганаволока остаётся недалеко. Куганаволок – самая большая деревня на Водлозере. Расположена на полуострове. «Наволок» - это мыс. «Куга» можно перевести по-разному: «сиг», «щука», «длинный».

Выгружаемся на причале Кугонаволока. Байдарки сразу спускаем на воду, а прочие вещи выгружаем на причал и перетаскиваем к берегу. В это самое время пьянейшие местные синяки пытаются стрельнуть у нас сигаретку – то у одного, то у другого. Речь невразумительна, нерусские и русские слова перемежаются с матом. Поскольку от этого сборища можно ожидать чего угодно, в Куганаволоке мы не задерживаемся. Оперативно загружаемся в байды и выходим на Водлозеро. Проходим мимо оконечности причала, с которой опасные пьяные физиономии продолжают уделять нам «знаки внимания». Похоже на то, что Куганаволок – весьма скверная точка на карте. Единственное, что здесь можно заприметить – это то, как оригинально укладывают дрова. Их складывают друг на друга ярусами по кругу – одним концом к центру, а другим вовне. Получается цилиндрическое по форме сооружение высотой 1,5 – 2 м.

Достаточно удалившись от Куганаволока – чтоб его видно не было, начинаем искать место для стоянки среди островов. Один небольшой островок, отделённый от материка несколькими сотнями метров воды, нас устроил. Комаров на острове почти нет: ветер с открытого пространства Водлозера не благоприятствует комарам. После обустройства лагеря народ разбредается по палаткам. «Тихий час». Тем временем я отправляюсь побродить по островку. Иду вдоль берега, который сложен валунами. Снимаю виды на Водлозеро. Заодно по пути перезарядил фотоплёнку и набрал грибов: вешенок, подосиновиков и подберёзовиков. Подберёзовики, скорее всего, болотные – немного водянистые и росли в траве почти у самой кромки воды. А затем я умудрился заблудиться «в трёх соснах». Хотел обойти неудобный участок берега по другой стороне острова, и перешёл на ту сторону. Но я то думал, что остров представляет собой простую узкую дугу. А он на деле имел «Т-образную» форму с вогнутыми краями. Переходя с одной стороны острова на другую, несколько раз оказывался на тех участках берега, где я уже был. Трудно сказать, сколько раз. Скорее всего, четыре. Но заметил это лишь дважды. Причём во второй раз, обернувшись назад, увидел в нескольких десятках метров позади себя причаленные байдарки.

Чуть позже несколько человек из нашей группы ходили двумя байдарками в Куганаволок за продуктами. Куганаволок снова произвёл на них удручающее впечатление своим бытом и безысходностью. Хотя здесь есть несколько магазинов, отделение связи, ходит автобус. Со связью дело обстоит неважно, но позвонить с почты вполне реально. Слово «куганаволок» надолго стало для нас словом нарицательным со значением отрицательным.

После обеда снова выходим на воду. Пересекаем южную часть Водлозера в восточном направлении. В это время по левую сторону над озером появляются грозовые тучи, там происходят сильные грозовые разряды, но они пока ещё далеко.

Оставили справа от себя материковый мыс. Близ мыса две туристские группы на каяках и катамаранах играли во что-то наподобие водного поло.

Движемся южнее Великострова. Поднимается ветер. На озере появляются волны. Встречные. Стоит только чуток разогнаться, и наиболее крупные волны начинают захлёстывать в лузу. Матросам неплохо было бы натянуть на лузы фартуки, но фартуки спрятаны где-то внутри байдарок.

Входим в Вавдипольскую (Вавдинопольскую) Лахту – самую восточную часть Водлозера. «Лахта» в переводе с карельского, очевидно, означает «залив». Вот теперь молнии бьют уже не только слева от нас, но и прямо по курсу – где-то за лесом.

Оставляем справа от нас деревеньку Чуяла и подходим к Вамской плотине. Но на Ваму мы в этот день не выходим. На ночёвку останавливаемся где-то в километре к северу от Вамской плотины.

29.07.

Днёвка. Вторая за весь поход.

Сооружаем баню. Печка вышла со второго раза. В первый раз не выдержал нагрева большой плоский камень – он треснул, и печка развалилась. Камни Вавдипольской Лахты ненадёжные.

Кто-то нашёл в лесу недалеко от берега огромный капкан. На слона, можно подумать. Захлопнутый. Но всё равно поневоле задумаешься, прежде чем в лес войти. Вспоминается эпизод из к/ф «Особенности национальной охоты»:

«– Yes! Russian elephant! Russian elephant is the best friend of the Finish elephant!»

На следующий день предстоит дойти по воде до Вамской плотины и покинуть Водлозеро.

Но это ещё не конец похода…

 

 

ВАМА И ВОДЛА.

30.07.

Из Водлозера берут начало две реки – Вáма и Сухая Вóдла. Объясняется этот феномен наличием двух плотин, расположенных на расстоянии более 20 км друг от друга. Северная регулирует сток Сухой Водлы, южная – сток Вамы. Обе эти реки сливаются в двадцати километрах восточнее Водлозера и образуют Водлу. На момент прохождения маршрута (2003 г.) более полноводной рекой является Вама (около 100 м3). Но не исключено, что с тех пор ситуация могла измениться. Дело в том, что на Ваме собирались строить новую плотину с тем, чтобы повысить уровень Водлозера (а он, кстати, и так немного выше естественного благодаря наличию плотин). Когда-то же основной сток из Водлозера шёл по Сухой Водле, а Вама имела исток совсем в другом месте.

Прохождение Вамы и Водлы принципиально отличается от всей предшествовавшей части пути. Скажем, на Чусе и Илексе движение по маршруту происходило главным образом по ровной воде и сопровождалось ловлей рыбы и звоном гундосых тварей. Движение по Водлозеру принципиально мало отличалось от движения по Илексе, разве что комаров не было. А вот на Ваме и Водле на первый план однозначно выходит прохождение порогов и шивер. Средний уклон русла на Ваме и на предстоящем участке Водлы превышает 2 м/км,  эти реки пригодны и для спортивного сплава. Про рыбную ловлю до конца маршрута теперь все забыли. Фото- и видеосъёмку вели лишь эпизодически. На Ваме – только на Островце и у расположенного ниже этого порога моста.

Прохождение Вамы начинается с 200-метрового обноса Вамской плотины. Сразу же за ней начинается Мельпорог (2-3 категория трудности). Должно быть, когда-то здесь была мельница. И он вовсе не мелкий на фарватере. Скорее, это не порог, а шивера с быстрым течением. При взгляде с берега видно, что камней в реке много. На деле всё не так страшно, как кажется. Хотя разница Вамы по сравнению с Илексой уже ощущается. Встречающееся иногда в описаниях название «порог Устьинский» не верно: Устьинские пороги находятся не на Ваме, а в самом начале Сухой Водлы.

Очень скоро после Мельпорога начинается шивера, переходящая в порог Раккой (3 к.т.). Между шиверой и порогом имеется по левому берегу маленький уловок, отмеченный в лоциях. Раккой – один из наиболее серьёзных порогов на Ваме. Поэтому наша байдарка проходит шиверу, и затем мы заходим в уловок. А вот следующий за нами экипаж уловка не заметил, и их «Катран» влетел в Раккой прямым ходом. Мысли капитана во время прохождения порога: «Ничего себе шивера! Какой же должен быть Раккой?!» Посмотрев на это прохождение, мы тоже идём в порог. Порог хороший, если сравнивать с Охтомским, то струя, конечно, мощнее. Слив выражен хорошо, валы приличные, имеются пенники. Камней сравнительно немного, но в одном месте надобно аккуратно вписаться в слив между большими обливниками. Пройдя порог, наблюдаем прохождение других экипажей. Запомнилось прохождение одним из экипажей. Они сели на камень в самом начале порога. Снялись с камня – и тут же влетели на другой. Течением байдарку разворачивает кормой вперёд и снимает с камня. И они проходят весь Раккой кормой вперёд! И ничего, обошлось без киля.

Что касается перевода. «Рāййк» - это дыра, отверстие, пробоина. «Оййкъе» - означает «сунуть, засунуть».

Следующий порог – Островец (3 к.т.). Осмотр по левому берегу. Перед порогом Вама разделяется на два рукава, обходя большой остров. В правом рукаве мелко, поэтому идти лучше левым. Поначалу левая протока неширокая, и вся усеяна камнями – их тут очень много. Выбора траектории нет; основная струя идёт ближе к правому берегу, но и там камней много. Затем водоток под прямым углом поворачивает влево. На повороте тоже много камней, и нужно ещё суметь вписаться в единственный свободный узкий проход между ними. Затем водоток становится глубже, основная струя изгибается чуть к правому берегу, затем – к левому. Камней на этом участке меньше. Через несколько сотен метров после поворота можно удобно зачалиться. Порог совсем не в моём вкусе. Однозначно. Хотя кому-то он понравился.

Проходим Островец. Одну из наших байдарок где-то в нижней части порога посадило серединой на камень, и затопило. Ту же байдарку, что и во втором сливе Охтомского порога. Опять сказывается неслаженность действий экипажа. Последовали спасработы. А потом мы вылавливали плавающие по улову вещи. Инцидент обошёлся без серьёзных последствий.

В то время как другие экипажи проходили порог, Диман стоял на страховке где-то у поворота. Трудно поверить, что на небольшом треугольнике леса, очерченном с двух сторон рекой, а с третьей – тропой осмотра, притаился какой-то зверь. Всё-таки 12 человек – достаточно большая группа, что бы распугать всякую живность вблизи порога. Тем не менее, когда Диман направился к байдаркам, впереди него в кустах раздался предостерегающий рык. Диман остановился, затем прошёл через кустарник другой траекторией.

Островец был для нас и психологически неприятным порогом. Дело в том, что где-то вблизи порога установлен памятный знак на месте смерти туриста-водника с очень трогательной надписью. Или даже два знака на этом участке реки? По одному описанию, памятник находится вблизи порога Островец, по другому – вблизи следующего за ним Вашпорога. Мы видели только один.

Ниже Островца расположились на обед возле бывшего железнодорожного моста. Мост имеет типичный для Карелии облик. Рельсы узкоколейки сохранились только на мосту. А в обе стороны между стен-кустов уходит узкий ровный просёлок. Под мостом имеется быстрое течение, где-то перед мостом имеется неглубоко под водой камень, но вообще-то проход свободен. У некоторых участников похода возникла идея прыгать с моста, но к счастью она осталась не реализована. Под мостом не очень глубоко, а под водой имеются штыри арматурной проволоки. Любители водных процедур ограничились сплавом по струе в спасжилетах.

После моста немного ниже по течению в Ваму впадает… Вама. В смысле – тот водоток, который и был собственно верхним течением Вамы до возведения плотин на Водлозере. На некоторых старых картах Вама так и показана – берущей начало среди лесов в нескольких километрах южнее Водлозера. Теперь этот правый исток Вамы явно уступает по расходу воды новому истоку реки.

Далее на Ваме находится Вашпорог (по некоторым описаниям – порог Вам). Переводится «вашш» как заросли кустарника. Вашпорог несложен (2 к.т.). Он напоминает собой главную ступень Охтомского порога, но в лучшем виде. Струя мощная, почти без камней. «Почти без» - это не значит, что их совсем нет. Имеется, например, неглубоко сидящий камень где-то  посреди порога, но неприятностей при данном уровне воды он доставить не может. Валы высокие, и в лузу захлёстывают хорошо. В общем, приятный такой порог. Вроде как на выходе из порога согласно описанию имеются камни, но что-то я их уже не помню.

Спустя несколько километров оставляем слева от себя небольшой приток Нижняя Чепша.

Согласно разным описаниям в этот день после Вашпорога мы прошли ещё целую череду порогов: Безымянный, Разбойничий, Береговец (эти три – до устья Нижней Чепши), Кривой, 2-ой Островец, Половинский, Сиговец, Казимир. На самом деле это не совсем так. Здесь имеются перекаты и очень слабенькие шиверки. Что есть что – понять очень трудно. На всём этом участке мне удалось дифференцировать для себя всего два порога.

Порог Кривой (2 к.т.). По сути – несложная шивера с большим количеством камней. Траектория движения одна и идёт зигзагом. Заход – ближе к левому берегу, от него фарватер идёт к правому берегу, затем возвращается к левому, потом опять подходит к правому, а выход из порога находится ближе к центру реки.

Порог Казимир (2 к.т.). Невыразительный, неинтересный и ничем не запоминающийся порог, а точнее говоря – шивера с множеством камней. Название, как я думаю, происходит от слова «казь», то есть живица. На момент прохождения порога я не сомневался, что отряды Речи Посполитой  до этих мест даже в Смутное время не добирались, и что дальше родных И.Сусанину костромских лесов они не прошли. Сейчас я не столь категоричен, поскольку осведомлён о том, что поляки в 1613 г. осаждали даже Каргополь.

На ночёвку остановились ниже порога Казимир на мысу левого берега. Пройдя через лес метров 200, можно увидеть средних размеров остров. За ним поворотом реки вправо начинается следующий порог. По одним описаниям – это порог Заостровский, за которым сразу же следует Пурмпорог (2 к.т.). По другим описаниям всё это вместе взятое – и есть Пурмпорог, что мне представляется более убедительным, поскольку дифференцировать здесь нечего. Кстати, по всем описаниям он назван «Пурпорогом» или «Пуртпорогом», что очевидно неверно, поскольку где-то поблизости в Ваму впадает Нижний Пурмручей, вытекающий из Пурмозера, а неподалёку находится болото Пурммох.

31.07.

Согласно имеющимся у нас описаниям Пурмпорог представлен как «скоростной» порог с бочками «высотой до 1 м», и проходить его рекомендуется с просмотром. Короче, ничего скоростного и высокого мы здесь не заметили. Всё та же шивота и камни.

Порог Островец (авт. Р.Щуров).

Мост над Вамой (авт. Р.Щуров).

Нижне-Вамский порог.

Киньский порог.

Порог Верхний Падун.

 

Дятловский порог (2 к.т.) оказался немного интереснее. Начинается он сразу же от автомобильного моста, проходящего над Вамой. Проход – во второй пролёт моста справа, несколько под углом относительно общего направления реки. За мостом траектория движения почти сразу же делает поворот влево. Много камней. Наш экипаж упустил по ходу движения основной фарватер, но зато нам удалось протиснуться между камнями – оба борта впритирку – и надо же, мы даже не застряли!

После небольшого участка ровной воды – порог Залазный (2 к.т.). Опять же нет выраженного слива, опять шивера. И опять – в русле множество камней. Они уже надоели. По некоторым описаниям последние два порога на Ваме названы Боровым порогом.

Ещё километра два спокойной воды, и мы выходим к месту слияния Вамы и Сухой Водлы. Равнозначные по ширине реки медленно текут точно навстречу друг другу. Сливаясь, они образуют Водлу. Водла начинается «неожиданным» поворотом вправо под прямым углом. И почти сразу же начинается порог. На левом берегу Водлы близ места слияния – удобное место для остановки на обед и для осмотра порога.

Первый порог на Водле – Верхневамский (3 к.т.). Вход в порог по всей ширине перегорожен грядой камней, но протиснуться можно. Далее фарватер идёт ближе к правому берегу. Длина порога – около 600 м. В нижней его части точно посреди струи лежит камень. С берега он ещё заметен, а с воды вовсе не читается, поскольку маскируется в ряду стояков. При прохождении порога этот камень зацепили, как минимум, три экипажа.

Следующий порог – Нижневамский (2 к.т.) – находится спустя сотню метров ниже. Здесь нет такой головоломки, вроде сплошной гряды камней на входе, и вообще этот порог попроще. Но течение неплохое, идёт среди больших камней, и чтобы не влететь бортом в камень, необходимо хорошо работать веслом. Порог короче предыдущего.

Вскоре по левому берегу в Водлу впадает река Нетома – достаточно крупный приток. Во всяком случае, возросший расход воды в Водле теперь будет ощущаться при прохождении следующих порогов, например, толчками и креном байдарки при заходе со струи в улово.

От устья Нетомы до начала Киньского порога Водла течёт по административной границе Карелии и Архангельской области. По правую сторону – Пудожский район Карелии, по левую – Плесецкий район Архангельской области. На этом участке имеется порог Нетомский. Реально он представляет два коротких переката, название, собственно говоря, относится ко второму из них. Струя чистая. Простейший «порог».

Спустя пару километров на реке имеется большой остров Киньский («кинк» - горка). Вероятно, островом он является только в высокую воду. А так – это полуостров. Левая протока – основное русло реки. Правая представляет собой сухое русло.

В левой протоке (здесь ещё впадает впадает речка Черева) резким поворотом вправо начинается порог Киньский (2 к.т.). Порог интересный. Струя быстрая, имеются стоячие валы. В пороге много больших камней, поэтому необходимо хорошо работать веслом. В то же время фарватер с воды просматривается плохо. В нижней части порога со стороны левого берега до струи доходит деревянный закол, и важно не влететь в него бортом.

На участок реки от Киньского порога до порога Падун приходится такой разнобой в описаниях маршрута, что совершенно невозможно понять, что есть что. Согласно описаниям, имеется от 4 до 5 простеньких порогов, фигурирующих под следующими названиями: Петрище, Баранья Голова, Верхние Щелики, Мокриус, Верхний Падун, Боровик. Я заметил 4 порога. Верхний Падун и Боровик – это очевидно одно и то же. Осталось определить одно лишнее название из числа перечисленных. Пусть, что ли, это будет «Петрище».

Приближаясь к порогу Баранья Голова, капитан произносит: «Да не одевай ты фартук! Там у нас до Падуна не пороги, а так…»

Порог Баранья Голова – несложный порог между невысоких скалистых берегов. Имеет выраженный слив. После слива река под прямым углом поворачивает вправо. И здесь же по правую сторону находится улово. При повороте со струи в улово последовал очень хороший толчок, байдарку накренило на борт и задней лузой мы черпнули воду. Но байдарку удержали.

Продолжаем движение по реке. Фартуки не надеваем.

Спустя пару сотен метров река делает крутой поворот влево, и здесь начинается порог Верхние Щелики. Опять же река проходит между невысоких скалистых берегов. Порог несложный, но интересный.

Порог Мокриус. Фарватер – ближе к левому берегу, выход из порога – ближе к центру. На выходе из порога имеется высокий слив, а за ним стоит высокий «петух». «Петух» с воды хорошо виден уже только с вершины слива, и надо отметить, что вид из байдарки в этот момент впечатляет. Это место необходимо проходит на высокой скорости, пробивая высокий вал воды. Иначе оверкиль очень вероятен, в чём мы и убедились. Обошлось без потерь, если не считать уплывший накомарник. Но на Ваме и Водле это уже не страшно.

Порог Верхний Падун (по другим описаниям – порог Боровик) несложен. Струя чистая, идёт вдоль левого берега по дуге. Имеется широкий и пологий хорошо выраженный слив. Проходили его не только в байдарках, но и в спасжилетах. Потом желающие устроили «покатушки» на пороге. По правому берегу напротив порога – удобное для стоянки место.

1.08.

Событие дня – порог Падун (Нижний Падун). Самый мощный порог на нашем маршруте (4 к.т.). При приближении к порогу по воде, с расстояния в 50-100 м он ещё совершенно незаметен. Поверхность воды до слива зрительно сливается с поверхностью воды после слива. Разве что верхушки деревьев по берегам реки понижаются. Зато порог предупреждает о себе низким глухим гулом. Этот гул нисколько не похож на гул какого-либо другого порога из числа тех, что встретились нам на маршруте.

 

 

Порог Нижний Падун (авт. Р.Щуров).

 

 

Порог Нижний Падун.

 

 

 

 

 

 

 

< 4-й слив порога Печки:

«слалом».

Выход из порога Осиновец.

  << 3-й слив 

  Печек при  

  подходе не

  кажется столь 

  серьёзным  

  (авт.Р.Щуров).

 

  < Здание 

  церкви  

  в окрестностях 

  Пудожа

  (авт.Р.Щуров).

 

Осмотр по правому берегу. Красивый широкий порог со скальными выходами. По правому берегу растёт можжевельник. Ягоды ещё зелёные, только начали созревать. Мощный слив идёт вдоль правого берега. Перепад высот – не менее 2 м. После слива – мощная бочка с высоким пенником. Она проносная. За ней почти сразу находится ещё одна проносная бочка – поменьше.

Опытные участники похода проводят инструктаж. Суть его сводится к тому, что  для успешного прохождения необходимо соблюсти три условия. Первое условие – необходимо точно войти в слив. Иначе последствия могут быть нехорошие. Поскольку заход в порог с воды виден плохо, на берегу устанавливается сигнальщик. Второе условие – скорость байдарки должна быть всё время выше скорости потока. Разгоняться необходимо ещё до слива и продолжать лопатить вперёд в тот момент, когда с головой и веслом погружаешься в пенник первой бочки. Матроса в это время может быть даже вовсе не видно. И в то время, когда проходишь вторую бочку, тоже надобно поддерживать скорость. И третье условие – необходимо держать байдарку ровно. А колбасит её в пороге замечательно! Собственно, там ещё после порога надо не забыть отвернуть от двух больших валунов в ту или иную сторону, но это уже мелочи.

Замечательный порог! Разгон, слив, взгляд сверху, бочка, пенник, ничего не видно, колбасня, видно, вторая бочка, уф! Вот это да! Ах да, ещё камни, совсем про них забыл!

Там ещё возле левого берега тоже имеется слив, вероятно, проходимый, но в него, как у нас выразились, не зайти.

На Падуне весьма оживлённо. Помимо нас здесь одновременно находится ещё две группы, в т.ч. финны.

Последний на нашем маршруте – порог Осиновец (он же – порог Боровник). Довольно длинный порог, изобилует камнями (3 к.т.). С фарватером ситуация неясная, особенно в середине порога. Приятен только выход из порога, где имеются неплохие стояки.

Далее до деревни Водла река имеет спокойное течение. По правому берегу на луговинах видны стога сена. А по левой стороне имеется высокий покрытый лесом берег. Вообще, насколько можно заметить, на всём нашем маршруте такие берега рекам несвойственны.

Деревня Водла – это ставшая уже непривычной цивилизация. Даже имеется асфальт. Собственно, здесь два населённых пункта – деревня Водла и посёлок Водлинский – слившиеся воедино.

Местные жители говорят, что днём температура воздуха в тени доходит до +35°С. Ещё говорят, что в этом году у них комаров много. Да они КОМАРОВ не видели! Во всяком случае, комаров здесь столь мало, что мы уже почти не обращаем на них внимания.

На стоянку расположились на острове между третьим и четвёртым сливами порога Печки. Местами остров имеет отвесные скалистые берега высотой так метров до десяти. В Печки (4 к.т.) мы уже не ходили. А представляет этот порог следующее. Здесь имеется 4 слива. К первым двум ведёт крайняя левая протока, которая далее разделяется на две. Говорят, где-то там имеются два водопадика, но по причине невысокого уровня воды они, дескать, пересохшие. И вообще, первые два слива для сплава не годятся поскольку мелководны.

Третий слив с воды не выглядит устрашающим: вроде бы обычные буруны. Но за ними находится высокий мощный слив, зажатый между скалистыми берегами двух островов. Ширина протоки в этом месте – около 5 м. Слив имеет метра два в высоту. Сразу за сливом посреди бурлящего потока стоит полутораметровый узкий косой вал и пенник, способные опрокинуть катамаран-четвёрку. Что хуже всего, здесь имеются понаставленные рыболовами деревянные заколы, вдоль которых на уровне воды идёт проволока. Затем по правой стороне находится улово, но струя идёт мимо него к камням. Далее в этой протоке порог продолжается в виде шиверы с множеством камней. Короче, всё это опаснее и серьёзнее Падуна.

Четвёртый слив расположен в крайней правой протоке, имеющей каньонообразный облик. Протока представляет собой извилистый водоток с очень крутыми поворотами и прижимами к скальным выходам и рыбацким заколам. Очевидно, что при прохождении этот «слалом» требует чёткой слаженности экипажа и быстроты реакции.

Кроме того, ещё имеется старица, отходящая вправо перед самым началом 4-го слива. Она заканчивается тупиком.

Деревня Водла всемирно славится тем, что местные  жители десятилетиями воруют у проходящих мимо групп всё, что плохо лежит (так следует из туристских отчётов). Они пользуются тем, что порог Печки требует обязательного осмотра. Это одна из причин, почему мы остановились на ночёвку на острове. Но и здесь вещи нельзя оставлять без присмотра ни на минуту. Временно оставленные у берега в сотне метров от палаток байдарки требуют постоянного присутствия дежурного. Хотя бы потому, что вблизи байдарок на берегу острова очень долго крутятся деревенские подростки. Они приплыли сюда на лодке, и теперь делают вид, что возятся со своей посудиной, якобы чего-то там внутри её поправляя. В конце концов, они удаляются восвояси.

На ночь байдарки мы перенесли к лагерю. Всё что можно попрятать, попрятали.

Судя по описаниям, ниже Печек на Водле есть ещё несколько больших порогов: Волчий (3 к.т.), Поняловский (3 к.т), Орешек (3 к.т.), Извозная Куганда, Берёзовец, Войбуч (Впайбум; 3 к.т.), Письвенец, Липки и др. Ниже села Водла на реке начинается лесосплав.

2.08.

Переправились с острова к деревне Водла. Антистапель.

 

ВОЗВРАЩЕНИЕ.

3.08.

Из Водлы к ближайшей железнодорожной станции выезжали двумя машинами. Ближайшая станция – в Медвежьегорске. Это – 280 км. Судя по тряске, дорога местами не очень хорошая. Ехали ночью. Пудож, по-видимому, как-то объехали. Заслуживает внимания деревянная церковь. А вот где она расположена, сказать трудно.

Приезжаем в Межвежьегорск утром, а поезд отправляется вечером. Желающие в свободное время отправляются на Онежское озеро.

Загружаемся в поезд. Едем на юг. На большом участке пути после Волховстроя колёса поезда выводят по «струнам» рельсов не то вой, не то похоронную музыку.

Ну вот, собственно, поход и закончен. Можно подвести итоги. За себя могу сказать, что по настоящему интересен мне был маршрут только на Ваме и Водле. Незабываемые впечатления, конечно, остались от первого дня пребывания на Чусе, от Чёрных Камней и от «нелепого ДТП» в Лузском пороге. А в целом Чус и Илекса могут быть интересны только заядлым рыбакам. Ну, и, может быть, супергуманистам, желающим подкормить гундосых тварей. То есть, я хотел сказать, супермазахистам.

4.08.

Проезжаем Бологое. Скоро пойдут совсем знакомые места. Вот, например, Волга в Твери.

Вечером приезжаем в Орёл. Итого, дорога из деревни Водла в Орёл заняла немного менее двух суток.

 

ЛИТЕРАТУРА, в соответствии с которой приведены названия препятствий (порогов, шивер) в главе «Чус-Илекса-Вама-Водла»:

1)     Афанасенков М.А. Отчёт о водном походе IV к.с. по маршруту Москва - ст. Нименга - оз.Лудозеро - р.Никодимка -  р.Кожа - оз.Кожозеро  -  р.Кожа  -  прист.Усть-Кожа  -  прист.Порог - ст.Шаста - р.Чусрека - р.Илекса  -  оз.Водлозеро  -  р.Вама  - р.Водла - пос.Водла - г.Петрозаводск – Москва.1993. (размещён на сайте www.lib.ru/TURIZM/kozha-vodla.txt)

2)     Мошков М.Е. Вама – Водла. август 1992. (размещён на сайте www. lib.ru/TURIZM/wama.txt)

 

 На главную