На главную

ОРЛОВСКИЕ ПОДЗЕМЕЛЬЯ.

1989 - 2002

Про орловские подземелья в народе ходят легенды. Например, такие.

1.                     Подземные ходы проложены под всей центральной частью города – от Дворянского Гнезда до железнодорожного вокзала в одну сторону и до станции «Лужки» - в другую. Вероятно, это не очень большое преувеличение.

2.                     Подземные ходы вырублены в известняке монахами в «незапамятные» времена. Подземные ходы связывали между собой монастыри, церкви и соборы. Не исключено, что в этом есть доля правды, но не более чем доля.

3.                     Подземные ходы проходили под Окой. Лично я сомневаюсь. Но даже если это так, они должны быть затоплены. Кстати, несколько лет назад небольшая провальная воронка появилась у самой береговой линии (близ гидроузла). Столь близко, что на дне её стоит вода.

4.                     В подземельях спрятан бункер на случай атомной войны. Логично.

5.                     В подземельях во время фашистской оккупации прятались подпольщики, а ещё во время отступления в них прятали советские танки и прочее оружие. Очень сомнительно и похоже на домыслы. Во всяком случае, в краеведческой литературе ничего подобного не упоминается.

 

Ходы под Монастыркой и городским парком.

Вероятно, наиболее древними подземельями, вырубленными под территорией Орла в известняковых породах, являются подземелья Советского района. Бытует мнение, что они созданы монахами мужского монастыря. На подземелья одни строители вроде бы натыкались вблизи Пролетарской горы, другие – при строительстве жилого дома по ул. 8-го Марта. Тогда, во второй половине 80-х гг., как говорят, при сооружении котлована строители вскрыли большой подземный ход. Местные подростки проникали туда, и с их слов ход уходил на десятки метров в сторону противоположную ул. 60-лет Октября, и был широк. Строители, наверное, не проявили интереса к этим подземельям. У них были другие задачи. Пустоту в конечном итоге залили раствором, и дом таки построили.

В конце 80-х в городском парке собирались возводить новое колесо обозрения. При проведении изыскательных работ бур изыскателей ушёл в пустоту. Колесо обозрения в парке вскоре построили, но чуть в стороне от того места.

Во всех этих случаях я не могу судить, чем были те или иные пустоты: их пространство воочию не видел. Но вот небольшое отверстие в обрывистом берегу Оки как раз под монастырём – это бесспорно остатки искусственных подземелий. Отверстие хода можно без труда обнаружить на левом берегу Оки при основании известнякового обрыва в сотне метров выше (если смотреть по течению) Герценского моста.

В 1989 г. осенью я неоднократно пытался проникнуть в этот лаз вместе с одноклассником. Лаз уходит в берег под углом. Длина его – что-то около 17 м. Первые 7-8 м он достаточно просторен, чтобы по нему можно было свободно ползти. Затем следует лёгкий изгиб, на котором лаз сужается и при этом уходит чуть вверх. Будучи тощим школьником, я вполне мог через это узкое место протиснуться, вытянув одну руку вперёд, а другую руку держа вдоль туловища.

Метрах в 12 – 13 от входа имеется небольшое расширение. Высота камеры – больше метра, здесь можно даже посидеть. Можно даже развернуться лицом в противоположную сторону. В первый раз, развернувшись таким вот образом, я немало озадачил Макса или даже «напугал»: сначала я был виден ему по пояс, а потом лицо оказалось там, где только что были ноги. «Фокусом» это выглядело потому, как расширение хода становится видно только лишь вблизи него. Посреди камеры лежит небольшая глыба известняка, по форме напоминающая кирпич.

Далее из камеры ход продолжается наклонно вниз, изгибается влево и вскоре сужается по высоте до узкой щели. Её я толком не рассмотрел потому как, добравшись до тупика, почувствовал, что не могу вылезти назад. Ноги на уровне щиколоток оказались лежащими на грани «кирпича», а задранные кверху подошвы при попытке попятиться непременно попадали в стену камеры. Дополнительным неудобством было то, что из узкого лаза надо было выбираться, выталкивая себя вверх. Кое-как выбрался.

На помощь, кстати, можно было не рассчитывать: Максу не удавалось добраться и до камеры – он застревал в узком месте лаза. Как-то раз развернулся я в камере и, не дождавшись Макса, пополз к нему. На полпути встретил Макса. А Макс лежит в самом узком месте и спокойно так говорит: «Я застрял… Будем лежать, пока не похудею.» И вот лежим мы с нем несколько минут лицом к лицу. Пространство маленькое, почти не вентилируется, два куска оргстекла потихоньку горят… Через пару минут «чего-то» кашлять начали. Но, видимо, Макс быстро похудел, и мы вскоре выбрались из лаза.

 

Ходы под Пятницкой Слободой. Первые посещения.

В том же 1989 г. я с двуми одноклассниками пытался пробраться и в подземелья Пятницкой Слободы. Мы прошли «гусиным шагом» через низкий и сильно замусоренный, загаженный Первый зал. По лазу также продвигались «гусиным шагом» друг за другом. По днищу тянулась верёвка. Натяжение её не было постоянным. Мы решили, что на дальнем конце кто-то держит эту нить в руках и далее не пошли. Хотя как потом оказалось, до Второго зала оставались считанные по пальцам одной руки метры.

Спустя девять лет вместе с Максом мы снова спустились в эти подземелья. На четвереньках проползли по Первому залу. Начало лаза, ведущего из него, как будто стало ниже: сказывается оползание рыхлой породы слева. Вползли во второй зал, встали, пригнувшись, и остановились. Темно и тихо. Где-то капает вода. Фонарь «БН-1-003» светит слабовато: освещает только в радиусе считанных метров. Противоположная стена зала не видна, она едва-едва угадывается. В направлении Третьего зала луч теряется в темноте, обозначая себя полоской во влажном воздухе. Макс зажигает факел. Его света достаточно, чтобы разглядеть предметы, находящиеся рядом с нами. Направляемся влево. Высота зала сначала – чуть больше полутора метров, затем – метра два. Именно так я и представлял себе катакомбы. Под ноги попадается всякий хлам: детская игрушка, дырявое ведро и проч. Грязновато, в дальней части зала капает вода и имеется небольшая лужица.

Ходы разветвляются. Высота их нарастает и достигает уже метров трёх, а затем и четырёх. Мы движемся плечом к плечу. На память приходят байки о том, что в подземельях якобы собираются сатанисты. Ходы тем временем продолжают разветвляться. Они оказались больше, чем я ожидал. «Мы заблудимся», - уверенно произносит Макс. – «Пойдём назад».

Идём назад. Ориентируемся по стенам, что слева от нас. Ага, вот место, где капает вода, вот ведро… Скоро выход… Ещё один поворот влево, и ещё один поворот… Тупик! Не понял… Макс тоже. Прошлись немного туда, сюда. Наконец, Макс заметил выход из Второго зала. Он находится за уступом известняка и с двух – трёх метров почти незаметен.

Выбрались на поверхность. Ожидаем однокашника Макса. Макс тем временем мастерит факела из подручного материала. Всё лучше, чем ничего.

Втроём спускаемся в каменоломни. На сей раз прошли ещё немного далее. Вышли к просторному своеобразному залу, заканчивающемуся отвесной стеной. Высота зала достигает метров семи, из зала в разных направлениях отходят три лаза. По одному из них мы выбрались в очередную подземную полость. Дальнейшее продвижение было прервано попыткой разжечь очередной, но неудачный факел. Он стал очень сильно дымить и так зловонно засмердел, что спустя пару минут мы спешно ретировались в уже знакомую нам часть ходов.

Идём назад. В темноте при свете фонарей ориентироваться здесь затруднительно, но до Второго зала добрались без проблем. Поворот налево, ещё один… Опять тупик – тот же самый, что и в первый раз. Прошлись туда-сюда… И снова вошли в тот же самый тупик. Возвращаемся немного назад. Опять мелькает перед глазами ведро и прочий хлам. Всё уже вроде знакомо. Наконец, кто-то догадался сориентироваться по ведру. Выход найден. Но мы тут же решили выяснить, куда ведёт из Второго зала ещё один лаз. Там оказалось два длинных зала, в одном из них расположено «болото».

Наконец, после двухчасового пребывания под землёй выбираемся на поверхность. Время в катакомбах летит незаметно. Теперь можно погреться на солнце близ входа в катакомбы. Как же хорошо!

 

Ходы под Пятницкой Слободой. «Пионеры».

Буквально на следующий день мы снова втроём спустились в катакомбы. Провели под землёй два часа. Обошли большую часть знакомых нам ходов и ещё несколько новых. Опять же, выходя на поверхность, зашли в знакомый тупик, но на сей раз сориентировались быстро. По ходу действия я проводил глазомерную съёмку посредством компаса. Однако, нам не удалось выяснить, насколько далеко можно уйти по подземному лабиринту.

Затем мы больше месяца не могли договориться о времени следующего посещения каменоломен. В конце концов, мне это надоело, и я направился в каменоломни один.

Пробираясь ползком через Первый зал, я заслышал шорох, доносящийся со стороны Второго зала. Остановился, прислушался. Да, нет, думаю, послышалось. Должно быть, я сам издаю шум, проползая по известняку, а слышно – как будто со стороны. Вползаю во Второй зал. Тишину нарушают только звуки падающих капель. Поворачиваю налево и делаю несколько шагов. Сзади меня раздаётся шорох потревоженных камней. Первая мысль: «Обвал!» Быстро оборачиваюсь – то ли метаться к выходу, толи уже поздно и лучше, наоборот, бежать в противоположную сторону? Вспышка света. Кто-то с фонарём направляется ко мне из темноты. Друг друга мы встретили репликами: «Стой! Кто идёт?»

Как оказалось, я имею дело со школьником, точнее говоря – с двумя школьниками: второй вышел минутой позже. Впоследствии Макс прозвал их «пионерами», так мы их в дальнейшем и называли.

Оказалось, что «пионеры» спустились в катакомбы уже в пятнадцатый раз. Сегодня они провели под землёй порядка 6 часов, пытаясь раскопать вручную один из завалов. Они полагали, что за ним находится продолжение ходов, выводящее к станции Лужки. На мой взгляд, эта версия, мягко скажем, сомнительна.

«Пионеры» знали этот локальный лабиринт почти на 100%. Они провели мне настоящую экскурсию по всем ходам. За два часа мы не посетили только Верхний зал – он наиболее труднодоступен – и ещё несколько лазов.

Между прочим, «пионеры» несколько дней спустя в разговоре поделились идеей расчистить завал во Втором зале посредством взрывов и таймера. После чего я стал с опаской относиться к возможности спуститься в подземелья в одиночку. Не то подорвут ненароком какие-нибудь «пионеры» - не эти, так другие. И тогда найдут меня какие-нибудь археологи или строители метрополитена – лет тысяч через пять.

Вскоре я ещё раз посетил катакомбы.

 

Ходы под Пятницкой Слободой. Фирс.

Я договорился с Максом и Денисом, что если приду к катакомбам раньше их, то спущусь под землю и продолжу глазомерную съёмку. А они потом отыщут меня под землёй.

Проползаю через Первый зал, ползу ко второму. Слышу какой-то звук. Может, это «пионеры» ставят взрывчатку с таймером? Они тоже собирались прийти. Прислушиваюсь. Подозрительный звук оказался на деле стуком собственного сердца.

Макс появляется очень скоро. Сначала мы посещаем хорошо знакомые тупики близ Второго зала, потом осматриваем Грязный зал и Широкий зал. Через лаз возвращаемся во Второй зал. «Ну, и дымно же здесь!» - произношу я, поравнявшись со Вторым залом и видя догорающий посреди него кусок оргстекла. В глаза ударяет вспышка света. «Да! Ну, вы и надымили!» - одновременно раздаётся голос над самым ухом. Это Денис – пришёл чуть позже и притаился возле лаза. Как же он меня напугал!

На этот раз мы провели под землёй около 4 часов. Изучили и закартировали их полностью. Под вопросом остались только два лаза. Один из них сужался по ходу, и невозможно было пролезть через узкое место, чтобы узнать, куда он выводит. О другом стоит упомянуть особо.

Он расположен в дальней части ходов на высоте трёх метров. Стена отвесная, возле неё столбиком уложены камни. Высота столбика – метр-полтора. Рядом на стене крупными буквами выведена надпись: «Убьет… Фирс…» Остальное прочитать не удалось, потому как неразборчиво накалякано. Мы стали трактовать надпись на разные лады:

- Сейчас придёт Фирс и убьёт.

- А может, это небольшая ошибка? Может, это Фирса здесь уже убило. Завалило. А эту кучу камней на его могиле уже потом выложили.

Денис лезет тем временем наверх проверить, насколько далеко идёт лаз, и вскоре исчезает в проёме. Ему напутствуют реплики:

- Денис, ты смотри там – осторожнее! Там – Фирс!

- Сейчас там Денис Фирса встретит.

- Сейчас вместо него Фирс вылезет!

Шорох в лазу усилился, и вскоре из отверстия показались ноги.

- Да это же Фирс! – воскликнул Макс. – Узнаю его ноги!

- Фирс, как там Денис?

- Там где-то Денис должен был проползать. Ты его случайно не видел?

- Фирс, что ты с Денисом сделал?

- А где Денис?

А Денис тем временем уже весь показался из лаза и висит на стене, безуспешно пытаясь нащупать опору ногами.

Впоследствии это место мы называли не иначе как «там, где Фирс».

Однако выяснить, ведёт ли куда-нибудь лаз, нам в тот раз не удалось. Позже выяснилось, что он заканчивается завалом.

Между прочим, получить фотографии приемлемого качества из дальней части лабиринтов мне, как видно, не судьба: в подавляющем большинстве случаев при попытке фотосъёмки вспышка не срабатывала. Вообще, сюда можно брать только ту фототехнику, которую не жалко. Здесь не только постоянно холодно (около +4°С), сыро (влажность воздуха близка к 100%), но здесь ещё присутствует в воздухе мелкая песчаная пыль, оседающая на фотоаппарате во время движения по штольням. Фотоплёнку целесообразно использовать как можно более высокой чувствительности: от «800» и выше.

Важное замечание. В катакомбах не лишне иметь каску, она особенно нужна при посещении Верхнего зала. В первую очередь каска необходима тем, кто страхует снизу карабкающегося по стене человека: кусок породы под рукой или ногой может неожиданно отломиться.

Мобильные телефоны в штольнях не действуют. Вибрация от составов, проходящих по железной дороге, не ощущается.

Весной, когда повышается вероятность оползней на склонах и вероятность обвала породы, штольни лучше не посещать. Кроме того, они расположены в пойме реки, и могут быть затоплены при подъёме воды в половодье.

Летом в выходные дни здесь бывает людно. Случается, бродят сразу несколько групп общей численностью до 2 десятков человек. Некоторые плутают часами.

Но вообще-то ориентироваться в штольнях несложно, если знать расположение ходов. Во всяком случае, выйти из подземелья, чиркая зажигалкой достаточно просто (случилось как-то раз и такое). «Пионеры», похоже, могут перемещаться по ходам и вовсе без света. В этих ходах есть по большому счёту лишь три места, которые «водят за нос». Это:

1.    Выход из Второго зала в Первый и расположенные поблизости тупики.

2.    Кольцо ходов близ Высокого зала и Фирса (Фирсово кольцо).

3.    Выход из зала Каньон.

 

Ходы под Пятницкой Слободой. Перечень ходов.

Ходы под Пятницкой Слободой, о которых ведётся речь, именуются как Восьмёрка. Собственно говоря, «восьмёрку» образуют ходы в дальней части этого лабиринта, начиная от зала Стена. Там ещё различают т.н. «Большую Восьмёрку» и «Малую Восьмёрку». Но это очень условные названия и постоянно идёт путаница в их употреблении. Понять, что именно следует считать «большой восьмёркой», а что – «малой», не представляется возможным.

Общая протяжённость Восьмёрки – около 700 м. Объём пустот – около 9,2 тыс. м3. Расположено всё это на участке местности площадью около 5850 м2. Ходы появились не ранее 1930-х гг., потому как все они за исключением лазов вырублены не вручную, а машинами. Во многих залах можно увидеть характерную сетку штрихов на стенах. Если я не ошибаюсь, до 1930-х гг. в СССР комбайнов не было даже в угледобывающей промышленности.

Свод во всех ходах (за исключением Каньона) расположен примерно на одной и той же высоте без резких колебаний. Высота ходов изменяется за счёт изменения уровня днища. В самых низких местах днище, очевидно, соответствует урезу воды в реке.

Названия ходов и залов в большинстве случаев не устоявшиеся. Привожу те, которыми мы пользовались, а в некоторых случаях – те, которые представляются мне наиболее уместными.

Начинается система ходов с Первого зала. Он очень низкий, сильно замусоренный, совершенно неудобный для передвижения, имеет неправильную конфигурацию и представляет собой жалкие остатки более обширной полости. Судя по следам проседания грунта, которые можно наблюдать в пойме, зал был втрое больше по площади и немного выше, чем сейчас.

 

 

 

На входе в зал «Стена».

Зал «Стена»: вид с «Балкона».

Зал «Стена»: вид от входа.

Лаз между «Стеной» и Длинным ходом.

Макс с факелом в зале «Фирс». Без вспышки заснято.

Длинный ход

 

 

 

Грибы из рода негниючник на свае.

Зал «Болото».

Озёрный лабиринт. Поверхность подземного озера слабо различима в правой части кадра.

 

Лаз, ведущий во Второй зал, начинается с правой стороны Первого зала. А с левой стороны лаза имеются следы обвала. Очевидно, Первый зал раньше сообщался с Широким залом. Теперь – нет. Более того, рыхлая порода, оползая, очень медленно, но сужает вход в лаз. По мере движения ко Второму залу лаз расширяется.

Второй зал тоже имеет неправильную конфигурацию. Он самый широкий во всей системе ходов: напротив выхода ширина его составляет 14 м. С правой стороны видны следы обвала, которые прослеживаются и в пойме. До обвала зал был, как минимум на треть больше по площади, чем сейчас. Стены зала тёмные – возможно, от копоти факелов или же от грязи, заносимой водами с поверхности. Это затрудняет ориентирование.

Напротив выхода расположены два небольших тупика. Один из них – это просто небольшой ход Тупик. Другой вполне заслуживает названия Каменный Мешок. Примерно так он воспринимается изнутри.

Из Второго зала через короткий лаз можно попасть ещё в два тупиковых хода. Один из них условно можно назвать Широким залом. Его ширина мало изменяется на всём протяжении, высота – тоже. В стенах имеются углубления правильной формы – возможно в них располагалось освещение. Заканчивается Широкий зал завалом. Находиться вблизи завала не надо: глыбы известняка на своде вблизи завала продолжают отслаиваться.

Другой тупиковый ход можно условно назвать Грязным залом: поверхность его действительно грязна. В дальней части высота зала составляет метров шесть. Это место известно как «Озеро» или «Болото». В зависимости от наличия воды оно представляет собой либо большую лужу, либо грязную жижу. За Болотом ход заканчивается тупиком. Пробраться к нему, если такая возможность имеется, лучше вдоль левой стены.

Из Второго зала можно свободно пройти в Третий зал. Он отличается большим количеством крупных глыб, раскиданных по днищу. Кто-то видел лежавший в зале гусеничный трак и счёл, что в катакомбах во время войны прятали танки. По моему мнению, это мог быть трак добывающего комбайна. Из Третьего зала когда-то шёл лаз в Грязный зал, но теперь он завален. Лаз, ведущий в другую сторону, тоже не вполне искусственное сооружение: он представляет собой проход, сохранившийся среди нагромождения больших каменных глыб. В отличие от большинства лазов он идёт не горизонтально, а круто наклонно. Оригинальное место. Далее можно пройти либо здесь, либо более лёгким путём.

От Второго зала поворотом вправо начинается ход, который можно назвать Главным ходом, Парадным коридором (не без доли юмора, разумеется) или другим подобным образом. В самом начале его можно увидеть небольшое короткое ответвление (ведёт в Третий зал) и очень узкий лаз. Лаз можно смело назвать Рубленым, потому как несколько лет назад не в меру энергичные «рудокопы» расширили его, буквально прорубили. Зачем – непонятно… Рубленый лаз соединяет два и без того легкодоступных помещения.

Главный ход постепенно расширяется и выходит к Т-образному перекрёстку.

Влево – безымянный зал, из которого через Крутонаклонный лаз можно попасть в уже упомянутый Третий зал. В другую сторону отходит длинный Низкий лаз. Длина его – 11 м. Мало того, что он низок, так посередине лаза лежит большой булыжник. В этом месте приходится проползать подобно змее, обтекая сверху булыжник. Низкий лаз заканчивается тупиком.

В правую сторону от Т-образного перекрёстка отходит невысокий ход, по которому выходишь к залу Завал (Большой Завал). Высота зала достигает метров 6, и заканчивается он впечатляющих размеров завалом. Конус обломочных пород спускается от свода до низа по всей ширине зала.

Непосредственно перед залом Завал поворотом влево начинается зал Стена. На входе в зал Стена можно заметить отверстие самого длинного лаза Восьмёрки. Длина лаза превышает 20 м. Через 5 – 7 м от начала лаз сильно сужен глинистой породой. Выяснить, что лаз этот заканчивается тупиком, удалось только после нескольких часов «раскопок». Поскольку основным участником раскопок выступил Юра, можно назвать этот лаз как «лаз Прокопанный Юриком».

Зал Стена – самый оригинальный зал Восьмёрки. Он больше известен как Большой зал, но это слишком банальное название. Зал Стена – второй по высоте (7 м в дальней части), один из самых больших по объёму (чуть меньше 1000 м3) и довольно широкий (примерно до 8 м). Он и вентилируется лучше по сравнению с другими залами. Трудно сказать почему, но задымление здесь исчезает быстрее, чем в других залах. Сугубо субъективно зал Стена воспринимается наиболее комфортным. Впрочем, отмечу, что его пересекают три глубокие трещины, продолжения которых можно проследить и во Втором зале, и зале Большой Завал, и в ходах «собственно Восьмёрки». В левой стене зала Стена вырублена ниша, которую при желании можно использовать в качестве столика. В левой же стене нетрудно найти широкий вход в «собственно Восьмёрку». Правда, этот ход сразу же сужается до размеров обычного лаза. Лаз изогнут вправо. При желании в левой стене зала можно отыскать остатки ещё двух разрушенных ныне лазов. Зал Стена заканчивается собственно Стеной – вертикальной стенкой высотой 2 – 4 м. Наверху в левом углу заметно отверстие ещё одного лаза. Забраться на него по стене непросто. Легче попасть на левый край Стены (т.е. – на Балкон) обходным путём.

Ещё один лаз отходит из правого верхнего угла зала вправо, снизу он почти незаметен. Лаз очень короткий, имеет длину всего 1 – 2 м и выводит в Верхний зал. Чтобы попасть в Верхний зал, необходимо карабкаться по расщелине между вертикальных стен; другого пути нет. Верхний зал имеет высоту что-то около 2 – 2,5 метров, с обеих сторон заканчивается конусами завалов. Следы этих завалов прослеживаются и на поверхности немного выше подошвы склонов.

Теперь переходим к «собственно Восьмёрке». Проще всего попасть из зала Стена в Длинный ход. Длина его – чуть больше 60 м, объём – около 1,2 тыс. м3. Длинный ход подразделяется на две неравные части. Ближняя часть имеет высоту около двух метров, длина её – что-то около 20 м, объём – менее 0,3 тыс. м3. В дальней части высота возрастает метров до пяти. За условную границу можно принять большую горку рыхлой породы  посреди хода, она поднимается почти до свода.

Точно напротив горки вправо отходит Короткий ход. Несколько лет назад здесь на обломке сваи нетрудно было обнаружить грибы, предположительно, из рода Marazmius (негниючник).

По Короткому лазу можно выйти во Второй Длинный ход, идущий параллельно первому. Длина Второго Длинного хода – 55 м (с Высоким залом – 72 м). Высота хода не превышает 2,5 м, поэтому объём сравнительно скромен – примерно 0,46 м3. Зрительно этот ход воспринимается более раздробленным. Вправо от Короткого лаза отходит меньшая часть (около 15 м), влево – большая, переходящая в Высокий зал. Напротив Короткого хода лежит глыба, обвалившаяся сверху. На глыбе стоит свая, которая поддерживает ещё одну большую глыбу, нависающую сверху. Задерживаться возле сваи не стоит. Поблизости в стене можно заметить Щель высотой несколько сантиметров – всё что осталось от забитого песчаной породой лаза. Щель, тем не менее, сквозная: если посветить в неё фонарём, свет будет виден из другого хода, расположенного неподалёку.

Высокий зал имеет наибольшую высоту в Восьмёрке – около 8 м. Он может фигурировать и под другими названиями – зал Колба, Дальний зал. В плане он действительно напоминает колбу. На входе ширина составляет около 6 м, в дальней части – 12 м. Заканчивается зал стеной – но не вполне отвесной. Высокий зал – самый дальний зал Восьмёрки. Чтобы добраться до этого тупика, необходимо преодолеть под землёй около 200 м. По прямой линии расстояние от входа до дальней части зала – 150 м (столько же до лаза Фирса). Высокий зал – просторный, по объёму он незначительно уступает залу Стена.

Ранее Высокого зала по правую сторону от Второго длинного хода расположено Фирсово кольцо ходов. Большой Фирсов ход незаметно переходит в Фирсов зал (Фирс). Высота Фирсова зала – около 5 м, днище несколько грязновато, со свода в дальней части капает вода. От Большого Фирсова хода вправо отходят два тупиковых ответвления. Одно из них высокое и сравнительно просторное. В его дальней части можно увидеть другой конец уже упомянутой выше Щели. Второе тупиковое ответвление представляет собой низкий, неудобный для передвижения, короче – нелепый зал неправильной конфигурации со следами обвала. Где-то поблизости от входа в него красуется надпись «зал имени Светки». Ну, что ж, пусть он так и называется.

От зала Фирс отходит лаз Фирса, уже упомянутый ранее. В длину он имеет 8 м и заканчивается тупиком. Соваться в него и вправду не стоит. Как раз посередине лаз сужен осыпавшейся сверху породой, а точно над лазом проходит трещина.

Зал Фирс – единственный из числа высоких залов, который имеет просторное продолжение. Сделав в Фирсе два крутых поворота, можно подняться на уступ рыхлой породы условно отделяющий этот зал от более низкого и более узкого Малого Фирсова хода. Малый Фирсов ход даёт короткое ответвление влево – этакий Фирсик – и оба они выходят во Второй Длинный ход вблизи Высокого зала.

На противоположном конце Второго Длинного хода находится Незаметный лаз. Со стороны Второго Длинного хода он прячется за уступом свода, а с противоположной – за гребнем камней.

Этот лаз ведёт круто вверх в оригинальный зал Каньон. Это единственный зал Восьмёрки, свод которого расположен на три-четыре метра выше, чем во всех остальных залах. Более того: днище Каньона, расположено на уровне сводов соседних залов или даже выше. Поэтому все лазы из Каньона (их три) ведут круто вниз. В плане Каньон представляет собой неправильной формы изгиб. Такой облик Каньон получил в результате обвала. Обвалившаяся порода засыпала прежнее помещение, но над ним образовалась новая полость. Днище Каньона представляет собой конус обвалившихся пород. В отличие от всех остальных завалов, этот завал не нарушил сообщение между ходами Восьмёрки.

В правую сторону от Каньона расположен маленький Низкий зал. Пространство его сильно уменьшено завалом. Когда-то Низкий зал сообщался с Верхним залом. Сам по себе Низкий зал теперь ничего интересного не представляет, зато через него можно по лазу выбраться на Балкон. Только надо иметь в виду, что лаз, выйдя на Балкон, обрывается в зал Стена отвесным обрывом более 2 м высотой.

И, наконец, по другую сторону Каньона расположено несколько невыразительных ходов. Основную часть там составляет Изогнутый ход, расширяющийся в конце до размеров небольшого зала. Заканчивается завалом. Вправо от него отходит неопределённой формы короткое ответвление, влево – ход Дальний Тупик.

 

Ходы под Пятницкой Слободой. Насколько они протяжённы?

Восьмёркой подземелья под Пятницкой Слободой не исчерпываются. В 180 метрах от входа в Восьмёрку при основании обрывистого выхода девонских известняков можно обнаружить следы ещё одного входа в подземелья. Расположен вход типично – при основании склона – и уходит наклонно вниз под склон. В самом начале XXI в. любители подземных приключений после долгих трудов сумели его раскопать. Рассказывают, что там находилось как минимум три зала. Первый зал был сходен с первым залом Восьмёрки – низкий, неудобный, ход из него уходил вправо. Два других были повыше. Эта система полостей оставалась доступной недолго. Оползающая сверху порода вскоре снова перекрыла Первый зал. Что и следовало ожидать: небольшое проседание на склоне точно над входом было заметно до того, как вход был расчищен. Расстояние от этого входа по прямой до лаза Фирса составляет чуть меньше 100 м,  до завала в Изогнутом ходе – около 70 м.

Рассказывают, что в начале 1980-х гг. можно было войти в Восьмёрку и выйти на поверхность на полкилометра ближе к железнодорожному мосту. Сейчас это невозможно проверить.

Также рассказывают, что сравнительно недавно существовал вход поблизости от стоянки речных трамвайчиков. И в той системе ходов был очень большой зал. Вполне возможно.

Рассказывают, что большинство завалов имеют не естественное, а искусственное происхождение и образовались в результате целенаправленных взрывов при «консервации» каменоломен.

Вообще вдоль всего берега Оки у Пятницкой Слободы расположено огромное количество понижений. Они начинаются от железнодорожного моста (встречаются и раньше) и продолжаются до пристани речных трамвайчиков. Кстати, неподалёку от пристани выше бровки склонов имеется внушительных размеров воронка. В ней растёт большое кустистое дерево. Глубина воронки – метров 10, ширина примерно 30 – 50 м. Объём одного только этого завала хоть и меньше объёма всех ходов Восьмёрки, но сопоставим с ним.

У Пятницкой Слободы при подошве склонов можно без труда заприметить минимум 6 понижений, где неизвестные пустоты залегают, вероятно, не очень глубоко (2 – 3 м грунта).

Понижения распространены на площади в 26 га. Часть понижений – выработки, проведённые с поверхности. Но другая часть – явные провалы. Даже если отбросить пойму, где понижений так много, что едва ли там сохранились системы разветвлённых ходов, то и в этом случае остаётся порядка 10,5 га. В этом случае, учитывая плотность ходов Восьмёрки, получаем что-то порядка 12 – 13 км. Это минимальная предположительная протяжённость ходов, сохранившихся под Пятницкой Слободой. А ведь они могут простираться и за область видимых на поверхности провалов.

Более того, отрицательные формы рельефа выше бровки склонов не имеют ничего общего в расположении с находящимися под ними ходами и завалами Восьмёрки. Поэтому можно предположить, что над ярусом ходов Восьмёрки существовал ещё, как минимум, один верхний ярус. Подобное расположение ходов известно, например, по рудникам у села Дединово Тульской области.

Урез воды в реке находится как раз под ярусом Восьмёрки, поэтому системы ходов ниже яруса Восьмёрки едва ли существуют.

Насколько мне известно, существовали схемы подземных выработок. Но вот где их искать – вопрос.

 

Ходы под Половцом.

По другую сторону от причала речных трамвайчиков расположена часть города, имеющая историческое название «Половéц». Здесь вдоль правого берега Оки тоже имеются аналогичные отрицательные формы рельефа. Занимают они не столь большую площадь – порядка 3,8 га. Минимальная предполагаемая длина ходов составляет здесь порядка 5 км.

Не так давно имелся один вход, доступный для посещения (сейчас он вроде как засыпан). Я спускался в него лишь однажды, поэтому располагаю только немасштабным абрисом сухопутной части подземелий.

 

 

Эти ходы нередко в обиходе именуются «Озером»: часть из них постоянно затоплена водой. Если верить на слово – затоплено примерно 40 % подземелий. Глубина подземного озера небольшая – немного превышает метр, но чтобы передвигаться по нему, необходима резиновая лодка: вода холодная.

Длина сухопутной части Озёрного лабиринта составляет (весьма приблизительно) немногим более 300 м. Длина ходов, занятых озером, соответственно должна быть чуть больше 200  м, а общая длина ходов – что-то около 550 м. Весьма ориентировочно, конечно. Объём пустот, вероятно, измеряется 7 – 9 тыс. м3.

Первый зал Озёрного лабиринта типичен для начала подземелий. Он низкий, передвигаться по нему можно на корточках. Поверхность зала усеяна крупными глыбами, отвалившимися со свода. Большой валун в конце зала можно обогнуть и справа и слева; справа проход шире. Далее этот проход идёт, расширяясь, но высота возрастает не сильно. Лаз выводит в Первый ход. Он намного выше, особенно в правую сторону, но там вскоре начинается озеро.

Влево высота хода постепенно уменьшается. Ход заканчивается тупиком. Но вправо среди глыб известняка идёт лаз; он является остатком широкого, но заваленного хода. Можно пробраться через лаз, можно пройти чуть дальше к тупику и повернуть в короткий ход. И лаз, и короткий ход выводят во Второй ход. Лаз непосредственно выходит к расширению на перекрестье хода (зал Обвал; Горка). Днище в этом месте представляет высокую (4 м) горку обломочной породы, образовавшуюся на месте обвала. Свод несколько приподнят и имеет сферическую форму, поверхность его вся исчерчена мелкими трещинами. Вообще, эта система ходов представляется менее безопасной, чем Восьмёрка. Вправо от горки сразу же начинается озеро.

Дальнейшее продолжение системы ходов однообразно и в плане выглядит просто: сетка пересекающихся под прямым углом ходов. Параллельно Второму ходу идёт ещё 4 аналогичных хода (надеюсь, я не насчитал лишнего), а перпендикулярно – ещё 4 хода (надеюсь, и в этом направлении не насчитал одного лишнего). Ходы все имеют примерно одну высоту – 4 метра и сходную ширину – тоже близкую к 4 м. Траектория движения посуху одна. Влево – тупики, вправо – озеро. Дальний ход заканчивается с левой стороны не тупиком, а завалом. В правую сторону вблизи завала отходят две короткие перемычки, по которым можно пройти в Самый-Дальний ход. Самый Дальний имеет неправильную конфигурацию, он низок, относительно короток. Ранее сообщался с Дальним ходом ещё одной перемычкой, теперь от неё осталась лишь узкая щель. Впрочем, при желании нетрудно слегка разгрести конус рыхлой породы, чтобы выползти в Дальний ход.

 

Другие орловские каменоломни.

Нет сомнений, что каменоломни существуют ещё на одном участке Орла – а именно в правом берегу Оки у завода «Текмаш». Во всяком случае, в нижней части небольшого обрывистого выхода девонских пород имеется небольшая щель. Она выглядит типично – как остатки лаза, ведущего в каменоломни. Однако, за неимением других явных признаков невозможно судить о том, насколько велики могут быть каменоломни в этой части города.

Ещё одно вероятное место находится между Рабочим Городком и Выгонкой. Вблизи городского элеватора на участке, окружённого со всех сторон железными дорогами, имеется сильно изрытый рельеф. Однако, здесь большинство депрессий возникло по причине работ, проведённых на поверхности земли. Поэтому само существование подземелий на этом участке остаётся под вопросом.

Существуют каменоломни и в пригородах Орла. В правом берегу Цона имеются каменоломни недалеко от посёлка Знаменка. Если верить на слово, длина их составляет около 500 м. Говорят, там есть и вертикальные «колодцы», что само по себе представляет некоторую опасность при посещении.

Существует около десятка отверстий в левом берегу Оки у деревни Ботавина. Но все они ведут в небольшие рукотворные пустоты. Наибольшая из пустот едва ли достигает 30 м в длину и едва достигает 2 м в высоту. В большинстве случаев – это узкие лазы длиной до 10 – 15 м или небольшие гроты.

Между прочим, по данным на 1998 г. ни одна из рукотворных пещер Центральной России не была оборудована под экскурсионный объект. В то время такая идея рассматривалась в администрации города Старица Тверской области. Между прочим, орловские катакомбы вполне подходят для этой цели не только потому, что они достаточно протяжённые, но и потому как расположены почти в центре крупного города, обладающего, кстати, хорошим архитектурным  обликом. Конечно, идея создания экскурсионного объекта в орловских катакомбах не может быть воплощена без учёта мнения экспертов по вопросу о безопасности и без проведения соответствующих мероприятий для недопущения обвалов на экскурсионных маршрутах.

 

ЛИТЕРАТУРА К ГЛАВЕ «ОРЛОВСКИЕ ПОДЗЕМЕЛЬЯ»:

Александр Добровольский. Пещерный люд. // «АиФ Золотое кольцо» №3, 1998.

  На главную

Смартфоны BlackBerry ушли в офлайн