На главную

ЗНАКОМСТВО С ПОЛЕСЬЕМ.

1995-1996

ПЕРВЫЙ ВИЗИТ.

Национальный парк «Орловское Полесье» был учреждён в начале 1994 г.

Конец мая 1995 г. В местной прессе появляется очередная публикации по поводу учреждения национального парка. Студент второго курса – т.е. я – направляется на железнодорожный вокзал, вместе с самым обычным дорожным велосипедом марки «Десна» забирается в пригородный поезд и выходит затем на станции Хотынец. Цель поездки – одним днём ознакомиться с лесами национального парка.

Таким образом, я – конечно, далеко не первый посетитель национального парка, но один из первых его посетителей. Ещё нет многих асфальтовых дорог, нет гостиничных комплексов, и не жалуют горожане вниманием ландшафты природного парка.

Сначала мне предстоит добраться до Булатово по автомобильной дороге. На большей части своего протяжения дорога открытая и идёт по водораздельным пространствам. После села Ильинское с возвышения открывается вид на бескрайние лесные просторы, уходящие за горизонт – это как будто вид на море. Миную Льгов с его старинной церковью, потом по разбитой дороге въезжаю в Булатово. Асфальт заканчивается, а я поворачиваю прямо к лесу.

Просёлок, уводящий вглубь леса, для меня необычен: раньше таких не встречал. Грунт – мокрый песок. Ногой наступаешь – чуть колышется. Поверхность – идеально ровная. Следы затягивает песком, и это заметно невооружённым глазом. Просёлок идёт на подъём между двух откосов, высота их от полуметра до метра. Прямо парковая дорожка! Но ехать по ней тяжело. И если велосипед имеет всего одну передачу, разумно спешиться. А на автомобиле здесь вовсе не проехать потому, как поперёк просёлка висит поваленная берёза.

Время от времени в лесу встречаются открытые участки. Очень много оказалось комаров и слепней. Комары докучают в тенистых местах, слепни – на солнечных. Слепни оказались хуже комаров, докучливее. Атакуют то по одному, то по два, а то и по три десятка одновременно. Носятся вокруг роем. Вот теперь я начинаю понимать, почему первопроходцы называли амазонские леса «зелёным адом».

Далее замечаю на просёлке овальный след с несколькими чертами как от когтей. Успокаиваю себя тем, что встреча с медведем в наших лесах – событие маловероятное – и иду дальше. Страха как такового нет. Страшнее было днём ранее рассматривать на карте огромные лесные массивы и представлять себя где-то посреди них. А здесь ощущаешь себя так, как будто находишься близко от города – в Медведевском лесу, например.

Жара держится уже третий день подряд. Но здесь встречаются лужи во всю ширину просёлка. Порой десятки метров приходится идти по дороге вброд по щиколотку.

Углубляясь в лес, я ошибочно полагал, что Вытебеть находится метрах в пятистах правее меня. На первом же перекрёстке повернул направо. Эта дорога накатана лучше, но ехать  по ней не легче. Вскоре она пересекает небольшой водоток. В тот момент я даже не догадывался, что это – речка Шкóвка. Только вот моё местонахождение уже начинало внушать мне вполне определённые опасения. Я давно должен был выйти к Малой Михайловке. Судя по времени – раза два. Но деревни всё нет.

Дорога завела меня на вырубку и здесь закончилась перед грудой ржавого металла. Далее уводит небольшой просёлочек, и я направляюсь по нему. Очень вскоре он меняет направление, выходит к другому такому же просёлку. А от того просёлка отходит вправо ещё один – но это такое грязное месиво, что нечего и думать о том, чтобы туда повернуть. Затем дорога, по которой я двигаюсь, уводит в густую поросль. Я не уверен, что смогу пробиться с велосипедом через этот заросший просёлок, и поворачиваю на другой просёлок, отходящий вправо. Сосновые леса давно сменились сумрачными ельниками, а в лесу между подушками мха стоят лужи воды. Перемещаюсь с трудом.

Ещё одно пересечение просёлков. Прямо дороги нет. Поворачиваю. Направо. Просёлок ужасный. Колея в полметра глубиной заполнена водой.

Слева от себя в ельнике замечаю просвет. Может, это окраина леса, за которой – Вытебеть? Оставляю велосипед посреди просёлка и иду к просвету. Ельник заканчивается, но за ним сплошной стеной стоит поросль мелколиственных пород, и ничего впереди не видно. Как раз в нескольких метрах от края ельника одиноко возвышается над этой порослью ель. Лезу на ёлку в надежде увидеть долину Вытебети.

От вида открывшейся панорамы меня «едва удар не хватил». Передо мной находилось пологое, но очень широкое понижение, полностью покрытое густой порослью леса. Направо это пространство уходило как минимум километра на два и скрывалось за изгибом ельника. Налево оно уходило на километр и там сменялось хвойным лесом. А напротив меня за порослью тоже, насколько это было видно, вдалеке стоял лес. Только лес, лес и лес. И ещё раз лес. Орловская тайга. Или уже Калужская?

Я вернулся к просёлку и разыскал оставленный там велосипед. Некоторое время я ещё продвигался по просёлкам и просекам, заросшим папоротниками, огибал нависшие над ними ветви. Хотелось на всё плюнуть, присесть на землю и передохнуть. Потом вышел на просёлок получше и сразу же обнаружил велосипедный след. Свой, разумеется. А кто ещё сюда сунется? Не хотелось мне выбираться из леса той же дорогой, которой входил, но пришлось. Стараюсь выбраться поскорее, поэтому спешиваюсь как можно реже.

Проведя в лесу 3 часа, я, наконец, выбираюсь в Булатово и 20 минут отдыхаю вблизи первого же колодца. Говорят, будто бы люди только дважды испытывают счастье. Первый раз – в том случае, когда они заходят в тропический лес. Второй раз – в том случае, если они из него выходят.

 

 

ЕЛЕНСКИЙ.

В начале мая следующего года я снова наведался в Полесье – уже в четвёртый раз. На том же велосипеде с одной передачей. Но с компасом. В плане картографических материалов подготовился неплохо. На карте заранее подписал значения магнитного азимута у каждой обозначенной развилки. Но вот к рациону питания, наоборот, подошёл наплевательски. Плитка шоколада и бутылка «Крем-Соды» - это просто несерьёзно. Потом, после поездки я подсчитал, что потратил за световой день около 5 тысяч килокалорий.

План поездки заключался в том, чтобы добраться одним днём до Еленского – это порядка 80-ти км – и вернуться в Орёл. Но я в очередной раз недооценил полесские просёлки. В результате план провалился.

Впрочем, до конца асфальта – это первые 65 км пути – я добрался легко и с опережением графика. От Орла до Полесья даже ногой земли нигде не коснулся. Не пришлось.

Следующие три километра до Елёнки оказались просёлком. Чистый песок. Большую часть этого расстояния пришлось идти пешком. После Елёнки просёлок уже сносный, но тоже песчаный. Потом на выходе из леса открывается вид на большое открытое пространство и деревню Тросна. Туда ведёт просёлок с глубокими колеями, но на вид как будто твёрдый. Иллюзия. Переднее колесо сразу же уходит в грунт до середины. Как в тесто. Здесь лучше перемещаться по луговине. После Тросны просёлок идёт к Еленскому по шпалам бывшей узкоколейки и незадолго до посёлка выходит к асфальту.

Юго-восток Калужской области: вид на Тросну.

Калужская область: пгт. Еленский.

 

Между прочим, топоним является производным не от слова «ель», а от устаревшего слова «елень» («олень»).

Удивляет почти полное отсутствие кровососов. За всю поездку видел только одного слепня, да и тот пролетел мимо, не обратив на меня ровным счётом никакого внимания. Комаров тоже почти не видно.

К тому времени, как добрался до Еленского, я уже отставал от графика на полчаса. Теперь, после передышки предстоит путь в обратном направлении. Те же леса, те же просёлки. Жарко. Ощущается усталость, жажда, и хочется перекусить.

К тому времени, как выбрался на асфальт, мой проигрыш графику составил 2 часа 22 минуты. Другими словами на 32-х километрах песчаных дорог я «упустил» три с половиной часа. На мой взгляд, эти 32 километра физически равнозначны сотне километров асфальта.

Температура воздуха на протяжении дня стоит градусов за +30°С, что для первой половины мая нехарактерно. Закладывает уши: похоже, тепловой удар я уже получил. По пути от Полесья к Знаменскому мешает встречный ветер. Не особо сильный, но мешает. В город обязательном порядке надо добраться к 10 вечера, но своим ходом это уже не реально. Не знаю, как же мне могло так сказочно повезти, но в Знаменском мне удалось поймать попутный «УАЗик», и я добираюсь до Орла автостопом.

По расстоянию – 131 км – эта поездка входит в тройку наиболее протяжённых, из числа тех, что я осуществил на велосипеде с одной передачей. Физически – самая тяжёлая из них. Исключительно по причине песчаных почв.

На главную