На главную

ГРЕЦИЯ (комбинированное путешествие) –- 2008 .

I. ПОЕЗДКА НА ПСИЛОРИТ (о. Крит; велопешеходная).

 

 

- первые сутки на Крите (см. также Ираклио и Кносс за 2007 г.)

- первый день поездки

- второй день поездки

- пару слов о Грамвусе

- Крит – Орёл

 

ПЕРВЫЕ СУТКИ НА КРИТЕ

29.09.2008

На море более сильное волнение, чем двумя днями ранее. Даже в Кальдере на волнах присутствуют барашки. Прибывающие и отходящие от причала парусно-моторные суда качаются на волнах. Особенно эффектно это выглядит, когда корабль находится вблизи берега. Нашего «Flycat4» не видно. Вот из-за восточной окраины Неа Камени появляется белый катамаран, подходит к берегу, и мы выстраиваемся в очередь. Но это – «Superjet» - катамаран, следующий по другому маршруту. Из него выходят вновь прибывшие туристы. Моё внимание привлекли «китайцы»: у некоторых имелись полиуретановые коврики, и  был среди них один пассажир, одетый в мембранную красную куртку. «Да он, наверное, только что с гор спустился!» - произношу я. У меня в сумках припасено термобельё и точно такая же мембранная куртка. Но, полагаю, нигде кроме как на Псилорите, они мне не понадобятся. «Superjet» отходит. А нашего всё нет. Но вот, наконец, появляется и «летающая кошка – 4» и швартуется в другой части причала. Мы проходим внутрь, и внутри RFNFVFHFY оказывается намного больше, чем это кажется снаружи. В нумерации секций и мест не так-то просто разобраться. Наши места расположены вблизи окна, и это меня устраивает. Впрочем, после того как из виду скрывается полуостров Акротири и остров Анафи, за окном – только простор морской глади под вечерним небом. Катамаран идёт мягко, чуть-чуть покачиваясь на волнах. Совсем чуть-чуть.

По ходу ожидания катамарана в Афиниосе мы познакомились с четой молодожёнов – они перемещаются с Санторини в один из отелей Ираклиона. Их места находятся в нескольких шагах от наших по другую сторону прохода. Я предоставил им имеющуюся у меня информацию по Криту, а они нам – свою. И вот, почти весь путь до Ираклиона я коротаю чтением брошюры. Тем временем наступает ночь, и за окнами катамарана абсолютно ничего не видно. Лишь при приближении к Криту появляются огни курортной зоны, расположенной восточнее Ираклиона, а затем и огни самого Крита. Катамаран причаливает.

На наше удивление нас развозят по отелям не на автобусе, а на такси. И вот мы едем в сторону посёлка Бали (до сих пор не знаю, где же именно ставится ударение). Через ночной Ираклион, по шоссе вдоль окутанных темнотой гор, вдоль морского побережья. Проехали мимо жутковато догоравшего на краю дороги автомобиля. Кстати, греческие и итальянские автодороги считаются наиболее аварийными в Евросоюзе. Качество дорожного полотна, насколько это можно заметить, в этой статистике не повинно. Везде в Греции я видел только асфальтовые дороги с ровным покрытием абсолютно безо всяких выбоин.

Сворачиваем с трассы в посёлок μπαλι (бали). Название посёлка является топонимом турецкого происхождения и в переводе означает «мёд». Отель «Bali star». В «интересный» номер нас тут попытались поселить! Вход вроде как на первом этаже. А номер – без окон вообще. Есть только маленькое вентиляционное окошко под потолком. Ни телевизора, ни радио в номере нет. Ещё до поездки в Грецию Сергей читал отзывы об этом отеле и уже был в курсе того, что всех прибывших норовят почему-то поселить именно в эти полуподвальные номера. Мы обратились на reception, и поскольку туристический сезон уже заканчивался, и недостатка в свободных номерах не было, нам сразу же предоставили другой номер, заметив при этом, что он «меньше». Номер оказался расположенным сразу же за reception. Несколько ступенек – и вот он номер. Тоже вроде бы на первом этаже. Но входишь в него, и обнаруживаешь, что тут имеется типичный для греческих отелей выход на балкон – по сути – второго этажа. Очень уютный балкон, в том плане, что на нём можно цивилизованно посидеть за бутылочкой хорошего греческого вина. Телевизора в номере нет, вообще телевизоров в номерах отеля нет, но вот это меня вовсе не расстраивает.

Мы вышли из отеля в ночной посёлок. Дошли до магазина, затем вернулись в отель. Проходя вблизи входа в отель и, соответственно, мимо входов в полуподвальные номера, Сергей возмущённо восклицал: «Это же ужас! Нас хотели поселить в подвале!» И сколько бы потом раз мы с ним не проходили мимо этого места, он не забывал отпустить несколько подобных реплик. Лишь один раз при выходе из отеля как-то упустил из виду этот момент.

Вернувшись в отель, располагаемся на балконе с вином. В посёлке тихо. В этот первый вечер по прибытию из Камари посёлок Бали представляется Сергею почти безлюдным и, во всяком случае, не оживлённым. Пьём вино и едим ужин. Поскольку по прибытию в отель столовая была уже закрыта, ужин нам подали в номер – ещё в тот полуподвальный, едва мы в него вошли. А вот теперь, в этом комфортном номере мы ужинаем на балконе.

 

 

 

 

 

 

Вид с балкона отеля «Bali star». Тихая ночь.

 

30.09.2008

Рассвет предоставляет возможность увидеть то, чего не было видно ночью по прибытию в отель. Сразу же бросается в глаза, что по сравнению с Санторини, Крит намного зеленее: растительность не так скудна. Много оливковых деревьев. На дальнем плане очень красивы горы Колонконас. В воздухе стоит запах эфирных масел. И, определённо, здесь теплее. Простывать на Крите просто невозможно. А простудные явления проходят быстро.

 

 

Тот же пейзаж утром.

 

Кстати, по средней продолжительности жизни Крит уступает только Японии. Тому способствует множество факторов. Помимо насыщенного эфирными маслами воздуха и тёплого климата можно отметить чистейшую экологическую обстановку. Ни радиоактивных, ни промышленных выбросов. Никаких химикатов в сельхозпродукции – за этим на острове следят строго. Здоровое питание без искусственных добавок (красителей, ароматизаторов, консервантов, усилителей вкуса и т.п. отравы). Кухня, богатая морепродуктами и особенно – оливковым маслом. А Критское море, оказывается, занимает первое место в мире по содержанию йода, и регулярное купание в нём благоприятно сказывается на щитовидной железе. Обилие Солнца и красивых пейзажей заставляет физиономию улыбаться. При этом постоянно присутствует ощущение безопасности, в которую бы сторону ты не направлялся в любое время суток.

Набор блюд, предлагаемых на шведском столе в отеле оказался, пожалуй, разнообразнее, чем на Санторини. Я намеренно помещал  на тарелку маленькие порции, чтобы вместилось «всего понемногу». В результате ещё раз едва не объелся.

Этот день мне предстоит провести в уже знакомых по поездке прошлого года местах. Сергей намерен обязательно посмотреть Кносс и Ираклион. Я полагаю, что это совершенно правильная идея. И хотя я был и там, и там, я составил ему компанию.

Не так близко оказалось от нашего отеля до автотрассы. Не так близко как мне хотелось бы. Почему? Потому что на следующий день предстояло топать тем же путём до трассы с нелёгкой сумкой. Но сейчас мы налегке. Проходим мимо кафе «Горгона» - надо же было его так назвать! – и выходим на трассу. Поблизости от перекрёстка стоит киоск, где продаются билеты на автобус. Берём два билета в оба конца и переходим на другую сторону трассы. Ждём автобус. На откосе растут опунции с красноватыми съедобными плодами. Я не прочь попробовать такой плод на вкус, но понимаю, что непосредственно возле автомагистрали этого делать не стоит. Так и не попробовал (лишь по возвращению в Орёл узнал, что эти плоды всё-таки ел в «Bali star» - они входили в салат).

Автобус появляется минут через 40, останавливается у остановки. Несколько человек размещаются, и автобус уходит. Мол, следом за ним идёт другой. Приближающиеся автобусы тут видны издалека. Действительно, через несколько минут появился следующий – и проехал мимо. Должно быть, рейс из Ханьи. У меня сразу же всплыли воспоминания из детства: трасса Орёл – Нарышкино; битком набитые автобусы проходят мимо остановки; перед очередным автобусом толпа перегораживает дорогу, и хотя автобус уже забит по самые двери пассажирами как банка шпротами, в него набиваются новые пассажиры… Ещё через несколько минут подходит третий автобус и, действительно, забирает всех, кто остался на остановке.

Приезжаем в Ираклион. К моему сожалению, мы не проехали на этот раз через ворота Пантократора, а въехали в центр города другой дорогой. На автобусной станции пересели в автобус, идущий в Кноссос. По ходу движения автобуса я заприметил витрину с велосипедами поблизости от площади Аркади.

Осматриваем Кноссос. Хотя я в прошлом году нафотографировал здесь вдоволь, на этот раз сделал ещё полтора десятка кадров (см. «Кносс и Ираклион» за 2007 г. – новые кадры помещены туда же). Да, вовсе не думал я год назад, что снова здесь окажусь! Могу отметить, что при повторном посещении Кносс кажется чуть меньше, чем при первом. Заметил, что в двух местах работают реставраторы. В этом году увидел роспись «Дельфины» в мегароне царицы. А вот ванна едва заметна в где-то в глубине тёмного помещения.

Уезжая из Кноссоса в Ираклион, смотрю по другую сторону дороги – там тоже должны быть археологические раскопки минойской цивилизации. Действительно видны какие-то руины, но они, очевидно, закрыты для посещения.

С автобусной станции Ираклиона направляемся к венецианскому форту Коулес (см. «Ираклион и Кносс» за 2007 г. – фотографии там же). С верхней площадки форта я посматриваю на укутанный облаками Псилорит, с трудом различимый в отдалении.

Форт Коулес (авт. С. Дорофеев).

Вид с форта Коулес на юго-запад. Вдалеке по центру – горный массив Псилорит (они же – горы Иди), вершины которого скрыты за облаками.

 

После маленького Санторини и тихого, уютного Бали город Ираклион воспринимается очень оживлённым, как будто всё тут находится в движении.

Далее поднимаемся по улице 25 августа к фонтану Морозини и улице Калокерину. На полпути задержались в кафе, чтобы попить фраппе. Этот вариант фраппе не похож ни на тот, что я пробовал в Иерапетре, ни тот, что мы пили на Санторини. Заглянули на начало улицы 1866 г. – там находится торговый её участок, где продают сувениры, пряности, одежду и т.д. Я накупил местных пряностей.

До сих пор наш маршрут по городу совпадал с тем, как я перемещался по нему год назад (см. «Ираклион и Кносс» за 2007 г.). Теперь же мы дошли до улицы Аргираки, и по ней вышли к собору Свиноса. Он очень красиво смотрится и являет собой сочетание разных архитектурных стилей. Это – самый большой собор Крита. Его строительство осуществлено было в 1862 – 1895 гг. Строительство собора во времена турецкого господства оказалось возможным по причине усиления освободительного движения на Крите. Османские власти, пытаясь удержать остров, предоставили православному населению бóльшую религиозную свободу, чем то было ранее.

Интерьер собора, как это обычно в Греции, проработан, сложен и красочен. Греция ведь не знала октябрьской революции, сталинского режима и многолетнего отрицания дореволюционной истории и культуры, сопровождавшегося разрушением храмов и их интерьеров. Такому разгрому, как в СССР, за последнее столетие храмы Греции  не подвергались. Соответственно тому и убранство интерьеров в соборах.

Рядом с этим большим собором стоит маленькая церковь Свинаса (Микрос Агиос Минас). Она старше – построена в XVII в.

Здесь же установлены памятники двум православным священникам.

Г. Ираклион. Скорее всего, храм Analipsi.

Улица Амалфеас Бизанио и храм Свинаса.

Памятник Тимофеосу Кастриногианнакосу, митрополиту Крита в 1882-1897 гг. на фоне храма Микрос Агиос Минас.

^Храм Св. Минаса. >

 

 

Далее выходим к площади Аркади. Я отыскиваю запримеченную из автобуса витрину с велосипедами. Заведение закрыто на «фиесту», и, скорее всего, это – магазин, а не рента велотехники.

Выходим к площади Корнару. Здесь, судя по описаниям, находится фонтан Бебоса. Он был построен в 1588 г., и в последствии получил название по имени своего архитектора. Собственно, фонтана как такового я не заметил. Наиболее примечательная постройка, которая сразу бросается в глаза – ротонда, стоящая посреди площади.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Ротонда на площади Коронару. По-видимому, то? что находится слева от неё, является фонтаном Бебоса.>

 

В общем-то? у нас ещё было достаточно времени, чтобы дойти до ворот Кенургиа, бастиона Иисуса и бастиона Мартинего – все они относятся к крепостной стене Ираклиона. Но мы поторопились на автобусную станцию. По пути вышли к площади Венезелоса, к неприметному зданию археологического музея и по улице Бофор вышли к станции.

Отправляемся на автобусе в сторону Бали. Увы, мы снова проезжаем не через ворота Пантократора, а другой дорогой. Наверное, они закрыты на реставрацию.

В Греции, между прочим, огромные штрафы за нарушение правил дорожного движения.  Так греческие власти пытаются привести автодвижение в соответствие с евростандартами. Тем не менее, по городским улицам в шлемах на мотоциклах редко кто ездит. Можно увидеть и по трое человек на мотоцикле. Всё это, по-видимому, в порядке вещей.

Вечером в Бали переупаковываю вещи по сумкам ввиду предстоящей мне велосипедной поездки.

 

 

Маршрут поездки на Псилорит (зелёные линии – автобусная поездка в Кносс, автотранспорт между Аделе и Бали, автобусный трансфер в аэропорт Ираклиона).

 

 

ПЕРВЫЙ ДЕНЬ ПОЕЗДКИ.

1.10.2008

Сразу после завтрака отправляюсь с сумкой и рюкзачком к автобусной остановке, что на трассе. В них все вещи, которые запасены специально для велопоездки на Псилорит. Дело в том, что в Бали проката велосипедов нет вообще. Если внимательно посмотреть на то, какой тут рельеф, становится понятно, почему. Дороги в посёлке состоят большей частью из крутых спусков и подъёмов, и, наверное, желающих взять напрокат велосипед не находится. Другое дело – курортный посёлок Аделе, там имеется дорога, идущая вдоль моря безо всяких крутых подъёмов, и там – в одном этом посёлке – есть целых три пункта проката велосипедов.

У меня на выбор два варианта действий. Один заключается в том, чтобы снова ехать в Ираклион, и искать пункт проката в городе. Другой заключается в том, чтобы ехать в Аделе и брать велосипед в аренду там. Я выбираю Аделе как более надёжный вариант. До него – 24 км. Меня только удручает, что автобус «ИраклионРефимно» в Аделе не останавливается – там нет остановки, а останавливается двумя километрами далее – в Платаньясе. И там, вроде, есть пункт проката, но ведь его тоже надо искать по всему Платаньясу. Так что проще всего – сразу в Аделе.

Выхожу в Платаньясе. С трассы пешком спускаюсь на приморскую дорогу. Ага, тут уже возле перекрёстка находится автобусная остановка. Всего год назад я был в этом месте, а не узнаю построек. Ничего удивительного: они тут на протяжении 20 км большей частью имеют сходную архитектуру.

Еду на пригородном автобусе «РефимноПанормо» всего одну остановку и выхожу в Аделе. Как оказалось – совсем недалеко от «Kreta Bike» (в интернете адрес фирмы www.kretabike.com). Сотрудник фирмы по имени Ралф меня узнал сразу же. Он предоставил мне тот самый велосипед, что и в прошлом году.

Около 11 часов утра выезжаю из Аделе на арендованном велосипеде и беру курс на Псилорит. На сегодняшний день в качестве программы-максимум планирую не более, чем забраться на плато Нида. Оно расположено на высоте порядка 1400 – 1500 м над уровнем моря.

Первые два километра еду вдоль морского побережья. На выезде из Аделеанос Камбос останавливаюсь для того, чтобы закрепить на руле зеркало, и немного распределить багаж. Псилорит, он же – Ида, хорошо виден уже отсюда. Облачность переменная, а над верхушкой Псилорита висит небольшое облако. Расположение плато Нида вполне угадывается по очертаниям рельефа.

Кадр за 5.10.2007. Зум.

Кадр за 1.10.2008 г.

… вид с окраины посёлка Аделианос Камбос в сторону посёлка Пигианос Камбос. Хорошо виден Псилорит. Туда то я и направляюсь. Слева от горы хорошо обозначено плато Нида.

 

Вдоль берега – вереница курортных посёлков. После Пигианос Камбос в Сфакаки дорога проходит под мостом новой трассы, далее идёт по другую сторону от неё. В селе Ставроменос дорога поворачивает вправо. Соответственно, начинает удаляться от моря. Как следствие – начинается первый на моём маршруте крутой подъём. Тут, собственно, на всём пути до плато Нида будут преимущественно подъёмы. Так что психологически я себя уже настроил, что легко не будет. В прошлом году я забрался на Крите на высоту в 1 км (плато Аскифу), а в этом году асфальт ведёт меня на высоту в полтора километра.

Велосипед в прошлый год, наверное, был абсолютно новый – в таком идеальном состоянии, что лучше не бывает. Он и в этом году очень хорош. Но всё-таки в мелких деталях чувствуется, что на нём за год поездили – и немало. Нет колпачка на ниппеле заднего колеса. Не так мягко и с чуть слышным звуком движется ручка одного из тормозов. Но сами то тормоза работают отлично!  Да и вообще никаких сколько-нибудь серьёзных нареканий, всё отрегулировано отлично. Просто чувствую, что на нём за год поездили.

Конечно, на этом велосипеде я нахожусь в непривычной для меня посадке. Но, ладно, я не стал пытаться регулировать положение седла и руля. Предполагаю, что для движения по горам такая посадка может быть даже лучше. Может быть, и эффективность расхода энергии выше, чем в привычном для меня варианте, хотя наверняка утверждать этого не могу. Но вот что я могу отметить точно – повороты, такие как на своём велосипеде, на этом я закладывать не могу. Тут их приходится осуществлять плавнее.

Дорога поднимается в гору. По правую сторону поначалу видно море, вдалеке – Лефка Ори (Белые горы). В сёлах вдоль дороги видны храмы. На одном из участков дороги за обочиной во множестве растут агавы. Эти выходцы из Мексики хорошо акклиматизировались на Крите. Первый крутой спуск на пути оказался после Виранепископи. Т.е. довольно скоро. Не могу сказать, что я обрадовался этому спуску. Потому как за ним придётся заново набирать высоту, которую я к этому времени уже вроде как набрал. Но выбора быть не может. После спуска дорога проходит по мосту, и подъём продолжается вновь.

Храм. Вероятно, в селе Магнизия.

Село Магнизия. Вид на Псилорит.

Вид из окрестностей с. Виранепископи. Справа – город Рефимно. Вдалеке – Лефка Ори (Белые горы).

Агавы в окрестностях села Виранепископи. Кадр за 3.10.2008.

Agave americana L. на фоне гор Колоконас.

Вид на село Перама и горный массив Псилорит.

Село Перама. Кадры за 3.10.2008

 

Я нахожусь на старой автомагистрали, связывающей Ираклион с Рефимно. До сооружения приморской автотрассы движение осуществлялось по этой дороге. Она неширока, и меня удивляет, как она могла обеспечивать транспортные потоки в этой части острова.

А ещё я не ожидал, что между прибрежными горами и массивом Псилорита простирается равнина с небольшими значениями высот. Конечно, я видел карту этой части Крита, но представлял себе облик местности несколько иначе – более пересечённым. Кстати, с картой я на всякий случай сверился в Алексанроу Хани: тут основная дорога хоть идёт прямо, но не отличается шириной от ответвлений.

Более замысловатая заморочка с направлениях имеет место в селе Перама. Тут уже на въезде стоит указатель: прямо – Ираклион, направо – Анойя. И дороги так по ширине существенно не отличаются. Только по дорожной разметке можно догадаться, что более оживлённая дорога идёт прямо. Собственно, мне надо в Анойю. Но  - по прямой. Потому как в том направлении есть несколько пунктов, которые я хочу последовательно посетить. И, кроме того, путь прямо не длиннее, а в рельефе проще. Поразмышляв несколько минут возле перекрёстка, еду далее. На этом заморочка не заканчивается. Центральная улица в селе по меркам сёл Крита широка, а посередине разделена прерывистым барьером. Вдоль тротуаров бывает припаркован транспорт. В общем, тут приходится следить в зеркало за приближающимся сзади транспортом, чтобы вовремя его пропустить. Здания по обе стороны улицы двух этажные и выглядят нарядно. Тут тоже сдают комнаты – висят таблички «room renta», и надо же – так далеко от морского побережья есть отдыхающие! Где-то в центре села – ещё одна развилка. Проезжаю мимо, а зря. Это и есть поворот на Мелидони, куда я собираюсь заглянуть. Но ничего. На окраине села я интересуюсь у местного жителя, он указывает нужный поворот и направление на Мелидони. Сделав небольшой крюк по селу, через другой перекрёсток выезжаю на нужную мне дорогу. Почти сразу же начинается крутой подъём. С него хорошо виден Псилорит. Облака над горой сгущаются и самая верхушка Псилорита уже не видна – она в облаках.

Примерно через 4 км пути въезжаю в Мелидони. Название происходит от греческого слова «мели», т.е. «мёд».  В прошлые века село было провинциальным центром. Очень красив православный храм села, стоящий в окружении араукарий и пальм. Возле него стоит памятник, свидетельствующий о трагических страницах в истории села: о погибших жителях в 1824 г., в 1912-1922 гг., в 1940-1949 гг. Первая из этих дат связана с событиями антитурецкого восстания, и далее я о них ещё упомяну. Вторая – с греко-турецкой войной и с первой мировой. Третья – со второй мировой и последующей гражданской. Кстати, в этом селе в октябре 1897 г. было объявлено об автономии острова.

Храм и мемориал в селе Мелидони.

Основные проезды в Мелидони: дорога ПерамаБали и дорога МелидониАгиа.

 

Как сильно отличается облик улиц в сёлах Крита, даже расположенных по соседству! Считай, только что я проезжал село Перама. А вот в Мелидони все улицы – и центральная тоже – очень узки. Обычное дело, когда пространства между домами достаточно для проезда только одного автомобиля. На выезде из села расположена развилка. Прямо дорога выводит на приморскую автотрассу, причём где-то вблизи от Бали. От места, где я нахожусь, до Бали – всего около 7 км. Это при том, что, выехав из Аделе, я проехал уже около 23 км. Но мне сейчас не в Бали, а по дороге, идущей влево. Крутой подъём! Он ведёт к пещере Мелидони. Если верить карте, пещера расположена на высоте 200 с чем-то метров над уровнем моря. Мне представляется, что больше. Но нет, действительно, всего лишь 220 м. С подъёма прекрасно видны горы Колоконас – я нахожусь в самом их начале, и они предо мной. Согласно описанию, отсюда должно быть видно 45 поселений округи. Псилорит – как раз напротив меня, за обширной долиной ручья Геропотамос. Псилорит всё более скрывается за облаками, и выглядит… Я бы сказал: «Псилорит хмурится». Мне это обстоятельство не особо нравится, и я надеюсь, что погода не станет хуже. Такое ощущение, что вдалеке идёт дождь. А ещё у меня складывается впечатление, что горные вершины перед собственно Псилоритом кажутся ниже, чем они есть на самом деле. Определённо, вершины высотой от километра до полутора визуально кажутся не на много выше того места, где я нахожусь: оптическая иллюзия.

Слева – горы Колоконас (до 1083 м), у их подножья – село Мелидони, за ним вдалеке – село Агиа, долина ручья Герапотамос. Псилорит хмурится.

 

Вход в пещеру Мелидони стоит 3 евро. Цветной буклет, повествуюет на английском языке о пещере, селе и округе села. Непротяжённая тропа приводит от небольшой часовни ко входу в пещеру. Перед входом находится понижение в рельефе – когда-то тут был один и залов пещеры, но он обвалился, и появился вот этот вход в пещеру. Ранее он был шире. Но… В 1820-х гг. на Крите произошло большое антитурецкое восстание. Против восставших греков были посланы турецкие карательные войска. 370 жителей села Мелидони укрылись в этой самой пещере вместе с 30 повстанцами. Турки не могли проникнуть в пещеру. Тогда они попытались завалить вход камнями и обломками скал. В конце концов, устроили костёр и направили его дым внутрь пещеры, отчего четыре сотни искавших убежища человек приняли мученическую смерть.

От входа лестница спускается вниз. Сразу же попадаешь в большой зал Героев. Его высота составляет 25 м, длина – 65 м, а ширина – до 30 м. Очень красиво окружение из сталактитов, повсюду свисающих со сводов. Посреди зала находится общая могила погибших в той трагедии.

Гид особенно не требуется. Пещера небольшая по протяжённости. Есть искусственное освещение. Но днём, я думаю, выйти отсюда и без освещения труда не составит. Во всяком случае, свет от входа в зале Героев заметен хорошо.

Из зала Героев пещера высокими коридорами отходит в двух направлениях, образуя зал Raulin и зал Pashley. Зал Pashley, вероятно, назван по имени английского путешественника Роберта Пашлей, путешествовавшего по Криту где так в 1837 г. Откровенно говоря, я не уверен, что правильно соотнёс свои фотоснимки с этими двумя залами – как-то они на схеме не очень понятно обозначены нумерацией.

Вход в пещеру Мелидони.

Зал Героев.

Зал Героев.

Вероятно, проход из северного зала слева от колонны в зал Героев.

Зал Героев. По-видимому, прямо ведёт ход в Pashley Room, а влево – в северный зал.

Вероятно, ход в Pashley Room из зала Героев.

Вероятно, вид из северного зала в зал Героев справа от колонны…

 

 

 

 

 

…и справа от колонны.

Вероятно, где-то в северной части зала Героев.

Вероятно, вид из зала Героев в северный зал справа от колонны.

 

Продолжаю путь на велосипеде. Что-то чуть начинает накрапывать дождь. С горки съезжаю и снова оказываюсь в селе Мелидони. Посреди села сворачиваю на дорогу, идущую в село Агиа. И в этой части Мелидони улицы всё такие же узкие. Следующий мой участок пути идёт вдоль подножья гор Колоконас с южной стороны от них.

От Агиа («Святая») дорога идёт очень крутым серпантином на спуск. Даже не верится, глядя на карту, что перепад высот далеко не достигает 100 м. Съехав по серпантину, снова оказываюсь на дороге «РефимноИраклион» в 7.5 км за селом Перама (и тут снова начинать слегка накрапывать дождик). Посетив пещеру Мелидони, я удлинил свой маршрут примерно на 5,5 км. По этой автодороге еду недолго. Через 2,5 км сворачиваю на дорогу, ведущую в Анойю.

Следующее село, которое меня интересует – Гаразо. Где-то я читал, что когда византийский император Никифор Фока отбивал Крит у сарацинов (в 960-961 гг.), в его войске были и русы. И вот, оказавшись на месте будущего села, они по какому-то поводу сказали «Хорошо!» И с тех пор это село так и называется. Только с течением времени оно стало произноситься чуть иначе. Чем-то это сродни происхождению топонима «Шаста» в Калифорнии: в начале XIX в. русские колонисты форта Росс называли высокую гору, расположенную неподалёку оттуда, как «гора Счастье».

С окраины села Гаразо открывается красивый вид на северные склоны Псилорита и на всю горную систему Колоконас. Что касается села, его улицы своим отличаются и от Перама, и от Мелидони. Главная архитектурная достопримечательность – здание храма.

 

Вид на горы Колоконас с окраины села Гаразо.

 

 

Вид на северные склоны гор Псилорит с окраины села Гаразо.

Колоконас за долиной р. Герапотамос. Мост перед с. Гаразо.

 

Улица села Гаразо.

Храм в селе Гаразо.

 

За неимением пологого пространства за откосами коммуникации на Крите нередко проложены вдоль края асфальта.

Оливковые рощи.

 

 

Псилорит хмурится всё более и выглядит сурово.

Горы Колоконас выглядят совсем иначе!

 

 

Теперь я начинаю удаляться от подножья гор Колоконас, приближаясь к Псилориту. Облака над Псилоритом тем временем спускаются всё ниже. Очертания гор выше плато Нида уже не  видны за облаками. Псилорит явно конденсирует атмосферную влагу вокруг себя, превращая её в облака. И совершенно по-другому выглядят горы Колоконас, расположенные по другую сторону от меня!

Въезжаю в село Аксóс. В этом небольшом селе есть сразу несколько достопримечательностей. Здесь расположено, как минимум 4 церкви. Возле белого здания церкви с двумя колокольнями и часами находится, по всей видимости, более древняя часовня со звонницей в венецианском стиле (церковь Св. Иоанна; XII в.). Немного далее – у перекрёстка – расположена ещё одна древняя церковь. Судя по табличке, посвящена она Св. Фиренео, т.е. Св. Ирине. Датируется VIIIXII вв. В полусотне метров от неё начинается крутой подъём, вымощенный камнем. Подъём приводит к воротам современного кладбища. Здесь начинается тропа, которая вдоль ограды кладбища выводит к площадке античного города Аксос (примерно 1100 г. до н.э.). Я оставляю велосипед у начала тропы и иду пешком посмотреть руины древнего города.

Составители путеводителей как-то не жалуют древний Аксос своим вниманием. Не удивительно: от города почти ничего не осталось, и основания зданий по большей части угадываются с трудом. Поэтому Аксос в плане своей «презентабельности», конечно, уступает более известным археологическим раскопкам Крита. Кое-где сохранилась каменная кладка. Но по большей части можно наблюдать камни, мощёную дорожку и пространство из нескольких террас, покрытое кустарниковой растительностью и травами. И проволочные заборы, среди которых перемещаешься по площадке городища как по небольшому лабиринту. Расставлены таблички с указанием направления движения – в одну сторону. А вид отсюда прекрасный! Изумительная панорама на все 180 градусов!

Площадка античного города расположена на окраине села на самом возвышенном месте. Место, очевидно, было выбрано исходя из соображений безопасности. Замечательно видны горы Колоконас, вдалеке как на ладони просматривается Анойя, виден и Псилорит, и межгорные пространства вокруг.

 

Обрывистые склоны на подъезде к селу Аксос.

Село Аксос.

 

 

Церковь Св. Иоанна (13 в.) в селе Аксос.

Церковь Св. Ирины (VIIXII вв.). На горе – руины античного города Аксос.

 

Руины античного города Аксос.

Мощёная камнем дорожка на площадке античного городища.

 

Вид с городища Аксос на современное село Анойя. Зум.

Вид с площадки городища. Храм в с. Аксос на фоне гор Колоконас.

 

 

Храм в селе Аксос.

 

 

Спускаюсь от площадки городища к асфальтовой дороге. Поворачиваю вправо. А ведь можно было и влево – тоже автодорога выводит к селу Зониана, причём более коротким путём. К тому же позволяет избежать более крутого подъёма. Впрочем, это я понял намного позже. Зато посмотрел вблизи ещё один храм на выезде из села. Он практически стоит не на земле, а на сваях над крутым склоном, равно как и площадка вокруг него.

Автодорога огибает гору, на которой расположен Аксос и идёт на спуск – не то чтобы крутой. Я уже заметил, что в этих местах коммуникации нередко прокладываются не за откосами вдоль дороги, как у нас. Тут просто нет лишнего места за краем проезжей части. Поэтому нередко можно видеть след от проложенной коммуникации, идущий вдоль края дороги – коммуникацию пускают под асфальтом. Вот как раз на участке после Аксоса до очередной развилки идут именно такие работы. Канавка, подготовленная для укладки коммуникации, слегка осложняет мне перемещение, поскольку сужает ширину проезжей части. А вот, кстати, и рабочие за работой. Я так и не разобрал, что они там укладывали – кабель или ещё чего. Вообще мне показалось, что это был небольшого диаметра шланг для орошения оливковых рощ.

На т-образном перекрёстке поворачиваю направо – к селу Зониана.  Около 2 километров крутого подъёма с перепадом высот немногим менее 200 м. Соответственно, я проеду 4 дополнительных километра для того только, чтобы посетить пещеру Сфентони. Ползу медленно. В паре-тройке сотен метров перед Зониана сюда же выходит уже упомянутая автодорога из Аксоса. И эти вот сотни метров особенно круты.

Вид с дороги к селу Зониана в сторону села Аксос. Хорошо видна место расположения античного города на верхушке горы неподалёку. Вдалеке – горы Колоконас и Критское море.

Возле мемориала и недалеко от пещеры Сфентони.

 

 Совершенно обычное с виду тихое спокойное село. Это спустя некоторое время до меня дошли слухи, что годом ранее в окрестностях Зониана произошла перестрелка между полицией и коноплёвой наркомафией с применением автоматического оружия. Я решил, что по меркам Крита это настолько выходящее за рамки событие, что про него стараются лишний раз не упоминать. Потом, конечно, заглянул в Интернет. Цитирую сообщение за 08.11.2007: «Только за 2006 год неизвестные трижды обстреляли полицейские вертолёты, патрулировавшие горные районы острова… В минувший понедельник около сорока полицейских на двенадцати джипах направлялись в деревню для обыска и попали в засаду. В перестрелке неподалёку от деревни пострадали трое из них, один из полицейских находится в тяжёлом состоянии… Около четырёхсот бойцов спецназа вошли в деревню с трёх сторон и обыскали дома, подвалы и подсобные помещения…» (www.greek.ru/news/news_detail.php?ID=28746). По правде говоря, с трудом в это верится: настолько не вяжется информация с моими впечатлениями.

Чаще же можно услышать о том, как в Маллии полсотни пьяных британских «туристов» - там отдыхают преимущественно британцы – устроили массовый мордобой по случаю проигрыша какой-то их команды. На мой взгляд, Маллия – не лучший вариант проведения культурно-романтического отдыха: по слухам, это, скажем так, шумный европейский курорт наряду с испанской Ибицей.

Добираюсь до пещеры. Я не знал наверняка, во сколько она закрывается и даже был готов к тому, что в Сфентони не попаду. Однако пещера ещё открыта для посещения. Беру билет, иду ко входу, где уже собралась небольшая группа экскурсантов – наверное, последняя за этот день. В эту пещеру вход возможен только с гидом.

Определённо, Сфентони – необычайно красивая пещера. Могу сравнить её только с Новоафонской. Многочисленные сталактиты, сталагмиты и колонны, причём не испорченные отламыванием. Их множество порой образует целый «лес», среди которого в темноте немудрено заблудиться. Среди них проходит оборудованная экскурсионная дорожка. Искусственное освещение являет собой чередующееся во времени освещение из красного, зелёного, фиолетового, синего, жёлтого цветов. Мне в очередной раз приходится пожалеть о том, что забыл дома фото-штатив. Это всё-таки экскурсия, и у меня мало времени для фотосъёмки. Фотоаппарат тут ставить тоже не на что. Разве что на металлические столбики дорожки, по которым натянуты верёвки перил. Или же попросить кого-либо запечатлеть себя на фоне сталактитов. Но и те кадры, которые делаю сам, по большей части получаются нерезкими, размазанными: освещённость слабенькая, выдержка, соответственно большая, и изображение смазывается, и в настройках возиться некогда.

Пещера была обнаружена всего несколько лет назад, т.е. в начале XXI века. Поэтому предстаёт в своём почти нетронутом виде – только металлическая дорожка и искусственное освещение дополняют её облик. Впрочем, археологи этой пещерой интересуются, и, видимо, в далёкие времена она была людям известна.

Я не конспектировал рассказ гида – по ходу экскурсии никогда этого не делаю. Записи стал производить по памяти позже – месяц и более спустя.

Вообще-то экскурсия была хорошей. Проводилась на английском языке, но я не испытывал трудностей с восприятием информации. А вот запомнил, увы, немного. Вот, например, некоторые сталактиты и сталагмиты имеют свои собственные названия – очертания сталагмита «Будда» например, при некоторой доле воображения могут быть приняты за облик божества индийской религии. Кое-где заметен на сводах пещеры помёт летучих мышей. То, что они спят вверх ногами – это я, конечно, знал. Но вот то, что они и помёт при этом оставляют, не догадывался.  Кстати, из числа видов животных, обитающих  в пещере, есть не просто эндемики Крита, а даже такие, что нигде кроме как в этой пещере не встречаются!

Не вся пещера доступна для посещения. Её дальняя часть – нет. Вход туда ограничен узким лазом. Его не расширяют по двум соображениям – опасаясь обвала породы и опасаясь за целостность пещерной фауны. Кстати, новая для меня информация – свет фотовспышек наносит вред сталактитам, поэтому фотографировать с фотовспышкой в пещерах не надо, а в этой – не разрешается.

Пещера Сфентони:

 

От Зониана до уже известного мне перекрёстка съезжаю «моментом». Как долго на подъём полз, и как быстро съехал! Но это обстоятельство мне уже не особо поможет – времечко к вечеру. Совершенно очевидно, что до темноты я не успею забраться на плато Нида – никаких шансов. Последний населённый пункт на пути к плато – село Анойя. До него остаётся 4 км подъёма. Я уже не тороплюсь, и непосредственно перед селом делаю передышку. Просто чтобы не выглядеть излишне измождённым в процессе поиска места ночлега.

В первом же ресторане на въезде  в Анойю останавливаюсь, чтобы поужинать. Вкусно и сытно поел. Не помню точно, что именно заказывал; какое-то мясное блюдо, приготовленное на гриле, (не сувлаки, нет). Кажется, это была баранина. Лимоны – я поливал их соком жаркое. Лимонов  на Крите – всё равно, что яблок под Орлом в этом же самом 2008 году.

Я поинтересовался, где могу переночевать. Хозяин заведения сказал, что выше – в селе – достаточно сдаваемых в аренду комнат.

Уже стемнело. В село иду пешком. В большей степени – для того чтобы не пропустить вывеску. Ну, и может быть из соображений безопасности – дороги всё-таки крутые. Где-то в центре села нахожу небольшой отельчик. Меня поселяют в типичной комнате с балконом.

Село Анойя расположено на высоте от 700 до 800 м над уровнем моря. Известно оно ткацким мастерством. А ещё тем, что в годы второй мировой английские диверсанты похитили где-то здесь немецкого генерала Крайпе. А греческое население Анойи этих английских диверсантов укрывало. В отместку оккупанты сожгли село. Чудовищность тех событий можно в какой-то степени осознать, проведя в этом селе некоторое время, наблюдая его размеренную жизнь и видя вокруг доброжелательных людей, которые совершенно искренне рады тому, что, например, ты приходишь к ним в лавочку купить товар.

Вокруг – тишина и спокойствие. На меня, конечно, производит некоторое впечатление то обстоятельство, что я ночую в горном селе, да ещё в таком, где жители сумели похитить генерала третьего рейха. Но я прекрасно понимаю, что мне ничего не грозит.

За этот день на велосипеде проехал порядка 53 км. Набрал более 700 м над уровнем моря, но если сложить все подъёмы – получится больше примерно в полтора – два раза.

 

ВТОРОЙ ДЕНЬ ПУТИ.

2.10.2008

Встаю с рассветом. Мои надежды на сытный завтрак не оправдались. До сих пор где бы мы с Сергеем ни оказались – на Крите ли, на Санторини – везде блюда, заявленные в ценниках, имелись в наличии. Разве что один раз в Камари не оказалось барабульки (на греческом она звучит как «барбуля»). А вот тут называю одно за другим несколько блюд -  а их нет в наличии. Туристический сезон заканчивается. «No touristsand no mussaka», - пояснили мне. Пришлось довольствоваться яишницей из двух яиц и чем-то ещё – не более сытным.

Не могу сказать, что это привело меня в восторг: ведь предстоит продолжить подъём. Сегодня я должен забраться как можно выше – к вечеру лимит времени на подъём истекает. Прежде чем продолжить путь, я задерживаюсь в магазинчике ткацких изделий, где у очень доброжелательной старушки по имени Анна покупаю фартук и две скатерти анойского производства.

Выезд из села практически равнозначен началу крутого серпантина, ведущего на плато Нида. Дорога на протяжении менее 14 км поднимается с высоты 800 метров над уровнем моря на высоту 1500 с небольшим м над уровнем моря. В начале подъём напоминает собой по ощущениям предыдущие. Разве что древесной растительности по сторонам почти нет.

Окрестности Анойи, вид на Псилорит.

Анойя. Хорошо видны солнечные батареи на крышах – от них на Крите обеспечивается горячая вода.

Анойя на фоне гор Колоконас.

Часовня на выезде из села Анойя.

Скарабей катит по дорогеавозный шарик.

 

У обочины заметил скарабея, катящего через дорогу шарик овечьего навоза. Катил он его, по своему обыкновению, пятясь. Я сделал несколько кадров. Когда поблизости появилась машина, мне пришлось слегка окинуть его в сторону от дороги. Скарабей после секундного замешательства уверенно покатил навозный шарик в сторону прямо противоположную той, куда он до этого направлялся. Я сделал ещё несколько кадров и продолжил движение на подъём. Скарабеев на этом участке дороги я заметил нескольких.

Днём ранее от пещеры Мелидони я наблюдал одну оптическую иллюзию. Теперь же, с этого серпантина – совершенно противоположное явление. Горы Колоконас – даже самые высокие их вершины – уже должны быть определённо ниже того места, где я нахожусь. А визуально кажется, что они выше! Что интересно: на самую верхушку Колоконоса идёт автодорога, и отсюда это хорошо видно.

Вид с крутого подъёма-серпантина: горы Колоконас, село Анойя, водохранилище Ватиас.

Отдых во время подъёма.

У пастушеской постройки.

Урочище «Стефана».

Пастушеский домик.

 

Ориентировочно где-то с высоты в 1100 – 1200 м начинает сильно сказываться ветер, дующий с южной стороны – т.е. из-за горного массива Псилорита. Это обстоятельство ещё более затрудняет подъём. Разве что ввиду крутых поворотов ветер встречный не всё время, да и горные склоны нередко закрывают меня от ветра.

 С левой стороны дороги распложен стенд с описанием места. Я его не зафиксировал на фотоаппарат, а напрасно – не пришлось бы потом гадать по карте где именно я находился, да тщательно смотреть видеосъёмку. И что это за каменное округлое в плане сооружение по правую сторону от дороги – может быть, пастушеская хижина? Стены сооружения толстые. Вход очень низкий, расположен с восточной стороны. Внутри пусто. Вдоль стен, насколько помню, из камня выложены уступы наподобие скамьи. В куполообразном своде, выложенном из камня, на самом верху оставлено отверстие. Рядом с этой постройкой имеются какие-то развалины. Судя по карте, эта местность называется Стефана.

Подъём тут заметно выполаживается. Дорога идёт то вверх, то даже делает небольшие спуски – к местности Зоминфос, например. Я одно время пребываю в заблуждении, полагая, что уже выбрался на плато Нида. На самом деле мне предстоит ещё один очень крутой участок подъёма с перепадом высот в 300м.

Сколько на этой дороге после Анойи есть дорожных знаков – они все прострелены, изрешечены.

Плато Зоминфос на фоне вершин Псилорита.

Весьма крутой участок пути с перепадом высот около 300 м.

Сколько есть на этой автодороге знаков и указателей – выше Анойи все они изрешечены.

Недалеко от плато Нида. На горе (1750 м) – обсерватория Счинакас.

И ещё пастушеские постройки.

Плато Нида. Слева – гора Маври («чёрная», 1980 м). Правее хорошо виден распадок, ведущий к вершине. Ещё правее – двухтысячники Псилорита: Коусакас (2211 м), Воуломеноу (2267 м), Столистра (2336 м). Можно отыскать на склоне местоположение пещеры Зевса.

 

Ну и вот, собственно, я выбираюсь на плато Нида. Дорога выполаживается. Изредка встречаются каменные пастушеские хижины. Деревья в этой местности – редкость. Скудная растительность представлена преимущественно колючками. А так всё – камни, камни.

Слева от дороги появляется пониженная в рельефе равнина – собственно плато Нида. Она отличается от окружающих её гор яркой зеленью трав и представляет собой замкнутую котловину. Прямо по курсу возвышается горный массив Псилорита с ближайшими вершинами – Коусакас (2211 м), Маври (1980 м). За Коусакас видна верхушка Воуломеноу (2267 м) и Столистра (2336 м). Верхняя точка Псилорита где-то за ними и не видна.

На последнем своём участке асфальтовая дорога спускается с приблизительно 1500 м до приблизительно 1370 м извилистой «змейкой». Эффектно.

Плато Нида.

Гора Коусакас.

Эффектные повороты автодороги.

 

Асфальтовая дорога заканчивается чуть выше покрытого зеленью пространства. Тут имеется автостоянка и ресторан. Стенд вкратце рассказывает об особенностях дикой фауны Псилорита. Здесь, в частности, водится редчайшая дикая критская кошка (Felis silvestris creticus); её существование совершенно недавно было признано наукой, а до середины 1990-х гг. она была известна только охотникам и пастухам. Только на плато Нида обитают критская землеройка и критский аргус (вид маленькой бабочки). Ещё тут водится леопардова змея, или леопардов полоз – тоже очень редкое существо, занесённое в международные Красные  книги.

Помещение ресторана является сразу и небольшим магазинчиком. Я сюда зашёл главным образом для того, чтобы приобрести питьевой воды. Заодно выбрал книгу о дикой флоре Крита. Но поскольку сдачи со 100 евро не оказалось, я выбрал ещё одну книгу – об орхидеях Крита и островов Додеканес. Лишь потом заметил, что она оказалась не на английском, а на немецком, а по-немецки я не фирштейн.

Отсюда начинаются две автомобильные грунтовые дороги. Одна идёт по краю плато куда-то в южную его часть, другая поднимается на высоту 1540 м к пещере Идеон-Андрон. Направляюсь именно по этой дороге, по пути наблюдая такую большую отару овец, каких в жизни никогда не видел. Еду на этот подъём – принципиально. В жизни не случалось взбираться на велосипеде по столь крутым дорогам. А этот ещё и не асфальтирован! Камешки время от времени выскальзывают из-под заднего колеса, оно тогда прокручивается вхолостую, скорость падает и может возникнуть необходимость приостановиться. На последних пятидесяти метрах пути я так и сделал дважды, заодно слегка отдышался. К тому времени как взъехал, у меня по собственному выражению, резцы стали ныть – даже те, в которых нервов давно не осталось.

Большая отара овец на склоне Косакас. Слева – гора Маври.

Подъём к пещере Идеон-Андрон.

Неудачно скомпонованный кадр я повернул и «дорисовал» но так, чтобы дорисовка эта была заметна, хотя и не сильно.

Вид от пещеры Идеон-Андрон. Самый верх подъёма дороги.

 

Пещера Идеон-Андрон по сути представляет огромный грот с обширным входом в склоне горы. Согласно греческой (и минойской) мифологии верховное божество Олимпа – Зевс – родился именно здесь (другая версия в качестве места рождения Зевса указывает на другую пещеру Идеон-Андрон, расположенную в горах Дикти у села Психрон). В этой пещере богиня Рея прятала Зевса от Кроноса, а жрецы-куреты, исполняя танец с бряцающим оружием, заглушали плач ребёнка. В эту же самую пещеру правитель древнего Крита – Минос, он же мифический сын Зевса – каждые девять лет приходил, чтобы получить от Зевса своего рода благословение на дальнейшее царствование.

Не претендую на однозначность высказываемой версии. На мой взгляд, в тех мифах могли быть отображены какие-то реальные, но очень давние события. Ну, например, после длительного времени хаоса и борьбы за власть, остров оказался впервые объединён в более-менее целостное государственное образование под началом одного лица - Зевса, которого в последующем стали почитать как главное божество. Это всего лишь моё отвлечённое предположение, и не более. В общем-то, в ту далёкую эпоху, это удалённое от селений и суровое для жизни плато хорошо подходило для того, чтобы здесь кого-либо спрятать. Насколько я понимаю, и в настоящее время на плато постоянного населения нет. Или же оно очень и очень малочисленно.

На Крите из нескольких тысяч пещер всего три оборудованы для посещения: Мелидони, Сфентони и вот – Идеон-Андрон. Но эта пещера оборудована менее двух предыдущих. Тут видны рельсы временной узкоколейки. Хорошо выложена лестница, спускающаяся в пещеру. Дно пещеры когда-то было выстелено досчатым настилом, но теперь уже очень ветхим. Огромная глыба, готовая обвалиться, притянута к стене стальными тросами. Пещера хорошо освещена светом, проникающим через вход, поэтому на стенах зеленеют мхи и травы. А вот сталактитов почти нет – только под самым сводом, но совсем немного. Короткие тупики отходят из этого огромного грота в стороны.

Вход в пещеру Идеон-Андрон.

Огромное пространство грота.

Выход из пещеры.

В пещере Идеон-Андрон.

У входа в пещеру.

 

Выхожу из пещеры, ставлю фотоаппарат на автоспуск и начинаю позировать вместе с велосипедом, сидя на камнях перед входом в пещеру. В этот момент с крутейшего подъёма по дороге к пещере взъезжает внедорожник. Из него выходят взявшие машину напрокат немцы или австрийцы. Они видят перед собой вход в эту овеянную легендами пещеру, к которой они только что «взбирались», а на её фоне – отдыхающего велосипедиста! В тот момент, когда они выходили из машины, они ничего не произносили, но это надо было видеть их лица!

Полдень. У меня ещё есть время, чтобы попытаться забраться на Псилорит. Я тут нигде ранее не упоминал, но у меня с самого начала, как только мы с Сергеем стали рассматривать вариант поездки на Крит, возникла идея забраться на Псилорит или на Пахнес. И что уж совсем выходит за рамки «разумного» - попытаться сделать это с велосипедом. Поэтому я съехал по дороге вниз и остановился перед началом замеченной мной при подъёме тропы. Отсюда по тропе до вершины Псилорита всего лишь 7,5 км по горизонтали и 1 км по вертикали.

Впрочем, на тот момент я не знал точно, сколько там по горизонтали – 7 км или 12. И насчёт этой тропы у меня не было твёрдой уверенности, что это именно она, а не овечья тропа. Действительно, как оказалось позже, начало тропы находится немного выше по склону, и я его попросту не заметил, что и не мудрено.

Я начинаю движение вот по  этой тропе – сначала на велосипеде. Но через несколько десятков метров спешиваюсь. Тут много камней, они задевают о педали и о защитку передней звёздочки. А велосипед всё-таки не мой, арендованный. Спешиваюсь. Идти мешают не только камни, но и растения-колючки, колючие подушечники, колючие кусты. Я прошёл возле ещё одной каменной пастушеской хижины. Затем пришлось перетащить велосипед через камни… И я пришёл к выводу, что восхождение на Псилорит с велосипедом – это подвиг для Геракла. Не то чтобы это невозможно. Но, во-первых, это всё-таки тяжело. Во-вторых, как я уже заметил, велосипед не мой, а арендованный. И, в-третьих, у меня просто не имеется времени, чтобы осуществить затею. За 20 минут я не столько проехал, сколько прошёл по склону всего лишь 300 м. Это – траверсом. А завтра вечером, в крайнем случае – послезавтра утром мне надо быть в Аделе. Таким образом, я никак не успею уложиться в отведённое время. Разве только в том случае, если пойду наверх пешком.

Ничего другого и не остаётся. Велосипедная часть маршрута на сегодня закончена. Проехал 24 км, набрав при этом за день около 750 м по вертикали, а в сумме подъёмов – ненамного больше, метров 800, наверное. Далее придётся продолжить восхождение пешком.

Плато Нида во всей красе.

Дальше –только тропа среди камней и колючих кустарничков.

Похоже на Sternbergia sicula Ten.

Критский безвременник Colchicum cretense Greuter.

Среди этих камней и деревьев мне пришлось оставить велосипед, чтобы продолжить пешком намеченный маршрут.

Отыскать туристическую тропу среди этого нагромождения камней оказалось не так то легко.

 

Во время передышки фотографирую горные цветы – очень маленькие по размеру. Тут имеется небольшой участок разреженных древесно-кустарниковых насаждений. Я завожу в них велосипед и пристёгиваю. При этом заднее колесо оказывается стоящим на колючке, но я не придаю этому значения: за последние 300 метров оба колеса проходили по колючкам неоднократно. Перераспределяю багаж. Всё что мне понадобится при подъёме, перекладываю в сумку, а остальное – в рюкзачок. Рюкзачок оставляю при велосипеде, а сумку одеваю вместо рюкзака, используя её ручки в качестве лямок. Они малость коротковаты и к тому же узки, отчего давят на плечи. Конечно, рюкзачок был  бы много удобнее, но в него всё необходимое просто не войдёт – маловат. А так у меня не входят только чехол со стойками для палатки – его несу в руке – и полиуретановый коврик (его прикрепил сзади сумки).

Конечно, можно было бы вернуться в ресторан и договориться о том, где оставить велосипед. Но я потеряю на этом в общей сложности ещё час времени; его и так мало. В сущности, велосипед оставляю в таком месте, откуда его, да ещё с заблокированным задним колесом, спускать не захочешь. Место на склоне неприметное. Если кто из туристов на него случайно наткнётся, за собой по склону не потащит. Местные тут наперечёт и хорошо друг друга знают. Вообще же склон отовсюду очень хорошо обозревается, да и слышимость тоже достаточно хорошая, и посему пилить дерево, к которому пристёгнут велосипед, незаметно не получится. К мелким вещичкам, оставленным преимущественно в рюкзачке, последнее соображение не относятся. Никогда ещё за все свои поездки я не оставлял велосипед без присмотра на столь длительное время.

Я удаляюсь от того места, где оставил велосипед, надеясь, что завтра утром застану его на  месте. Горные склоны везде очень похожи. Чтобы потом мне было легче искать велосипед, оборачиваюсь и делаю кадр этого места.

По моим соображениям, сначала необходимо дойти до распадка. На всех картах тропа показана идущей по дну распадка, соответственно, там её найду обязательно. Однако, дойдя до распадка, тропы я не обнаружил (она проходит выше по склону). Очевидно, что травесировать далее нет никакого смысла. Начинаю напрямую идти вверх по склону, оказавшись при этом по левую сторону от распадка. Приблизительно в том направлении по склонам бродят несколько овец. Звуки колокольчиков и негромкое «м-ме» нарушают тишину. Камни на склоне бывают неустойчивы. Один такой плоский камень, когда я наступил на него, больно стукнул по голени, перевернувшись подобно плохо лежащей доске. В это самое время я заслышал голоса. То ли немцы, то ли австрийцы спускались по тропе по другой стороне распадка. Разумеется, я тут же перебрался через распадок и оказался на искомой тропе. Собственно, я  оказался чуть выше того места, где эта туристическая тропа выходит к распадку и поворачивает, следуя вдоль него.

Тропа и в самом деле вскоре перемещается на дно распадка, и идёт по нему полтора километра, набирая на этом участке три с половиной сотни метров по разнице высот. Зелёная поверхность плато Нида позади постепенно скрывается из виду за перегибами рельефа. Тропа в распадке очень хорошо видна как дорожка из обломков камней, она идёт среди множества колючек – трав, подушечников, низеньких кустарничков. Маркировка тропы представлена металлическими столбиками, покраской валунов стрелками и уже знакомыми мне по Санторини каменными пирамидками.

По тропе спускается чета молодых немцев (или австрийцев). Они запечатлевают меня на мой фотоаппарат. По их словам до вершины – часа 3 пешком. Они выказывают обеспокоенность тем, что я не успею вернуться к вечеру, и я поясняю, что у меня есть палатка. Я говорил по-английски, они по-немецки, но мы достаточно хорошо понимали смысл. Далее в этот день я никого не встретил.

Вид из распадка на плато Нида.

Маркировка тропы на повороте. Кадр за 3.10.2008

Во время подъёма по тропе.

Маркировка тропы.

 

Металлические столбики стоят там, где тропа делает разветвления, либо там, где её легче всего потерять из виду. Вот один из таких столбиков установлен на седловине, возле места, где на седловину из распадка выходит тропа (урочище Колита). Когда-то на этих столбиках были закреплены таблички с указанием направлений. В распадке я был закрыт от ветра горой. А вот теперь у меня есть возможность почувствовать, что есть ветер на открытом пространстве в горах. Я стою на высоте около 1920 м над уровнем моря. На такой высоте на Псилорите растут за редким исключением лишь колючие подушечники. Ландшафт каменистой пустыни. Изредка встречаются пасущиеся козы. Здесь на самом деле не так-то легко ориентироваться. А в Лефка Ори, должно быть, ещё труднее, если верить описаниям.

Делаю небольшую передышку. Одеваю виндблок. Отсюда тропа идёт в двух направлениях. Одно направление – вправо, траверсом южных склонов Коусакас и Воуломеноу. Другое – влево: вниз по склону метров на 100, а затем – по другому распадку между Воуломеноу и Агатиас. Я счёл, что первый вариант должен быть легче, раз не надо делать лишнего спуска и соответственно подъёма. И направился вправо, постаравшись запомнить место развилки как можно лучше. Хорошо узнаваемая вершина Маври при возвращении должна в любом случае остаться справа от меня. Тропа маркирована каменными пирамидками – на этом участке достаточно часто. По ним и ориентируюсь. Кроме того, по левую сторону от меня хорошим ориентиром служит местность, подписанная на карте как Лакос. Что-то наподобие маленького плато на высоте более 1800 м над уровнем моря. Кстати, на него с южной стороны Псилорита заходит дорога, и если рассуждать о возможности взъехать на Псилорит на велосипеде или с велосипедом, то та дорога – наверное, наиболее удобный вариант.

Эффектная вершина с правой стороны от меня оказалась не верхушкой Коусакаса, та же – за ней и значительно дальше. Я вовсе не собираюсь взбираться на каждую верхушку двухтысячника, оказавшегося поблизости. Иду строго по тропе.

Вид с седловины в обратном напавлении – на распадок и в сторону плато Нида. Кадр за 3.10.2008

Чуть далее по тропе. Вид на тот же распадок.

Вид с той же седловины. В центре – гора Агатиас, за облпаками скрыт собственно Псилорит, правее – Воуломени. Левее кадра – плато Лакос, правее – гора Коусакос. На местности когда выбираешь путь движения всё не так очевидно.

Западные склоны горы Коусакос. На переднем плане заметна маркировка в виде кучки камней, на другой стороне распадка можно заметить ещё как минимум одну. Вид в обратном направлении. Пройденная седловина – справа от кадра.

 

Уже через несколько сотен метров после столбика тропа немного спускается – в вершину распадка. А вот где она выходит, пересекая его – вот этого не видно. Да, тут есть пирамидки, но на общем фоне камней они так незаметны! Остановился, осмотрелся, перешёл через верхушку распадка, прошёлся немного по склону вверх и нашёл тропу. Вообще, траверс Коусакас – не самая простая часть подъёма в том плане, что тропа плохо заметна, и, кроме того, приходится смотреть куда ступаешь: камни, камни, камни. Кроме того, я напрасно полагал, что этот путь легче ввиду меньшего суммарного набора высоты. Скорее наоборот. Тропа ведь не идёт строго горизонтально – то немного вверх, то немного вниз сообразно форме горы. А затем тропа и вовсе спускается вниз метров на 80 – на седловину Лимни между горами Коусакас и Воуломеноу. Затем, конечно, вновь начинается крутой подъём – метров на полтораста. Делаю на нём то ли одну, то ли две передышки. Дело даже не в том, что два дня проколесил на велосипеде преимущественно на подъём и вот теперь продолжаю идти в гору. А пуще того – дело в сумке, которая своими лямками давит на плечи. Когда её скидываю во время остановок, такое облегчение ощущаю! Кстати, иду довольно медленно. Медленно, но верно.

Гора Коусакас. Вид со склона горы Воуломеноу. Слева – горы Колоконас (до 1086 м), Критское море и город Ираклион. Справа – гора Маври (1980 м) и вдалеке – горы Дикти.

Гора Агатиас со стороны выглядит высоким обрывом.

Пастушеское укрытие на высоте около 2230 м. Слева – Агатиас (2424 м), за ним – Псилорит (2454 м; на верхушке различима церковь Св. Креста), далее – Столистра (2236 м).

 

Наверху обнаруживаю пастушескую хижину, сложенную из камня. Она одиноко стоит на высоте около 2230 м над уровнем моря. В красках начинающегося вечера даже как-то чуть жутковато смотрится. Отсюда уже видна вершина Псилорита (2456 м). Можно разглядеть сооружение на её верхушке – церковь Св. Креста. Именно поэтому вершина Псилорита хорошо узнаваема. Отсюда она кажется ниже, чем расположенная далее Столистра (2236 м). Оптическая иллюзия. А высокие склоны расположенного ближе всего Агатиас (2424 м) представляются обрывистыми и порой отвесными – это так оно и есть.

Этот небольшой участок тропы можно с известной долей условности назвать траверсом Воуломеноу. Вскоре тропа снова спускается на седловину – метров на 40 – а затем переходит на северный склон Агатиас («это чтобы жизнь малиной не казалась» - собственная реплика). На эту же самую седловину выходит и та тропа, что идёт по распадку между Воуломеноу и Агатиас. Стоит отметить, что это место в плане ориентирования оставляет желать лучшего, и на обратном пути мне ещё предстояло в этом убедиться.

Среди колючих подушек обнаружил даже цветущие растения. Видимо, влага облаков является следствием того, что эти растения здесь имеют ещё даже небольшие зелёные листья, а не выглядят безжизненными колючками выгоревшими на Солнце.

Седловина междцу горой Агатиас и горой Воуломеноу. В центре – Псилорит, правее – Столистра.

Здесь произрастают только вот такие колючие подушечники. Более всего похоже на эндемика Крита Centaurea idaea Boiss. Fnd Heldr. (один из видов васильков).

 

Далее тропа идёт по склону Агатиас, поднимаясь к седловине между Агатиасом и Псилоритом. По левую сторону – верхняя часть горы, она хорошо закрывает меня от ветра. По правую сторону – крутой склон, поверхность его покрыта мелкой осыпающейся породой. Вертикальных обрывов там вроде не видно, но «уехать» по этому склону можно далеко вниз. Изумительный горный пейзаж. Вершины горного массива на переднем плане, горы Колоконас и Критское море вдалеке. Внизу видны сёла и город Ираклион.

Вдоль тропы в двух местах видел следы кострищ. Одно – просто сгоревшие подушечники. Другое – кострище как кострище, выложенное камнем. Видимо, кто-то пытался таким образом согреться. Тут и в самом деле не жарко. Если б я не находился в движении, то уже давно утеплился бы по полной программе. В путеводителях указывается, что желающему провести ночь на вершине Псилорита, необходимо иметь при себе тёплую одежду и хороший спальник. Потому как при наличии сильного ветра есть угроза замерзания. Кстати, на Псилорите снег держится с ноября по начало июня.

У меня остаётся совсем мало времени до наступления темноты. Выхожу на седловину. Ветер снова обдувает меня как хочет. Здесь ещё светло – за счёт того, что линия горизонта на западе находится дальше. А вот внизу в селениях и в Ираклионе уже зажглись огни уличного освещения. В предгорье – и вовсе глубокие сумерки. Вершина Псилорита закрывает от меня западное направление, поэтому я не знаю в точности, зашло Солнце или ещё нет. Должно быть, уже зашло.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Вечер. Седловина между Агатиасом и Псилоритом. Вид в сторону Ираклиона. >

 

Суда же, на эту седловину выходит тропа со стороны приюта Тоумботос Принос и села Курутес – то есть с южной стороны Псилорита. До поездки в Грецию я рассматривал и тот маршрут как вариант восхождения на Псилорит. Собственно, если б не необходимость возвращения к велосипеду, то с Псилорита я скорее всего спустился бы именно в южном направлении.

Остается «финишная прямая» - короткий подъём с амплитудой около полусотни метров. И длиной около 300. Ветер сильный.

И вот я на самой верхушке Псилорита! Высота 1454 или 1456 м (по разным данным) над уровнем моря. Я не знаю наверняка, относится ли отметка непосредственно к поверхности горы или же к верхушке церкви.

Церковь представляет собой сооружение, сложенное из камней на самой вершине горы. Это ж надо было кому-то не только забраться на гору, но и построить вот эту церковь! Здание невысокое, вытянутое с запада на восток, имеет крышу, состоящую из трёх куполообразных возвышений. Два входа находятся на южной стороне здания.

Здание церкви представляет собой единственную преграду для ветра на вершине горы. Ветер дует с юга. Соответственно, слабее всего ветер – у северной стены постройки. А именно в той её части, где стена делает небольшой изгиб. Одеваю ещё один слой термобелья и мембранную куртку. В сумерках устанавливаю палатку. Даже в этом месте ветер треплет её сильно. Я приваливаю камни на углы палатки и на один из её краёв. Тент ставить не стал.

Небольшое примечание: если надумаете заночевать на самой верхушке Псилорита, постелите под палатку кусок полиэтилена или тому подобного непромокающего материала, который потом не жалко будет выкинуть.

Собственно говоря, ставить палатки в Греции можно только в кемпингах (кстати, разведение костров в произвольных местах строго запрещено по причине часто случающихся лесных пожаров). Но тут никого нет, соответственно, поставлю я палатку на вершине горы или нет – никому не интересно. А у меня выбора нет – либо палатку ставить, либо дуба на ветру давать. Спускаться ночью с горы – занятие, на мой взгляд, неоправданно рискованное.

К тому времени как поставил палатку, стемнело. Ещё немного побыл снаружи. Потом забрался внутрь. Удачно мне под голову попался плоский камень – не хуже подушки. Мягко, конечно, только потому, что на камне лежит полиуретановый коврик. В палатке намного теплее: она не так продувается ветром. А в спальнике – ещё теплее. Тем не менее, сон не идёт. Только потому, что палатку безжалостно треплет ветром. Я лежу в размышлениях, а не выкинет ли ветер какой-нибудь такой фокус, что я полечу в палатке над горами наподобие параплана? Сквозь ткань палатки просвечивают огни Ираклиона.

Ночь на вершине Псилорита. Вдалеке – огни сёл, в т.ч. – Анойи и огни Ираклиона.

 

ТРЕТИЙ ДЕНЬ ПУТИ.

3.10.2008

Ветер на протяжении ночи усиливается. Иногда он немного меняет направление, начинает задувать то с одного угла церкви, то с другого. И тогда палатку треплет пуще прежнего. Чуть поскрипывает прислонённая к стене церкви металлическая лестница. Откуда ни возьмись, с южной стороны Псилорита ветром прикатывает пустую консервную банку (вверх по склону, получается, прикатилась). Она делает полукруг вокруг палатки и прибивается к стене церкви к западу от палатки. Я не уверен, что это именно консервная банка, но по звуку очень похоже. Время от времени, ветер, меняя направление, заставляет банку перемещаться. Выбираться из палатки вовсе не хочется, и я жду, когда эту банку унесёт с горы. Ан нет. Банка, подхваченная ветром, описывает полукруг в обратном направлении и, ума не приложу где, но где-то там снова задерживается. И в последующем как привязанная описывает ещё несколько полукругов то в одну, то в другую сторону. Для меня остаётся загадкой, почему эту банку сразу же не снесло с горы в северном направлении? Её, действительно, в конце концов унесло, но лишь часа через два после того как прикатило сюда.

Кстати, согласно античной мифологии, в лесах Псилорита (это где это здесь они были, интересно?) жили добрые духи Дактилои. Забавно думать, что это они перекатывали банку туда-сюда.

Уснуть мне удалось только в четвёртом часу утра.

Подъём около 6 часов утра. Прежде чем выбираться из палатки, некоторое время полёживаю в спальнике, наблюдая, как ветер треплет палатку. Он вовсе не утих к утру, на что я надеялся. Уже рассвело.

Вчера вечером было слишком темно, чтобы заниматься фотосъёмкой. Зато вот теперь я могу пофотографировать с вершины Псилорита вволю. В восточном направлении очень эффектно смотрится Агатиас, по которому быстро проносятся прозрачные облака. Эти облака поднимаются, скользя по южному склону Псилорита и наибольшую скорость имеют над седловиной между Псилоритом и Агатиасом. За Агатиасом видны другие вершины Псилорита, а вдалеке – горный массив Дикти (Лассифиотика). Оптическая иллюзия: горы, расположенные вдалеке, кажутся выше тех, что расположены ближе. Даже если на самом деле они ниже метров на 700. Только Агатиас, расположенный ближе всего, и выглядит выше всех.

Агатиас в быстро проносящихся облаках.

Правее его видна Маври и там же ещё далее – горы Дикти. Вид в восточном направлении.

Вид в южном направлении: Ливийское море, слева – самая южная часть Крита и село Тимбаки, в центре – горы Сидератос (1177 м), правее – горы Кедрос (1776 м).

Вид в западном направлении: горы Сидератос, Кедрос, правее их вдалеке в облаках – Лефка Ори («Белые горы»), справа – горы Колоконас, за ними – Критское море. У правого края можно различить остров Диас, расположенный напротив ИРаклиона.

Вид на мыс Литимнон (самая южная точка Крита), Ливийское море, село Тимбаки.

Вид в западном направлении: гора Столистра

 

В южном направлении сквозь дымку облаков различимы Мессарская долина (Мессара), одноимённый залив Ливийского моря, смутно различимы острова Паксимадиа. В юго-западном направлении прекрасно виден горный массив Кедрос (1776 м), а вот остров Гавдос неразличим из-за облаков. Лефка Ори уходят в облака, вершины их не видны, да и сам горный массив слабо различим в западном направлении. Зато хорошо видна расположенная поблизости Столистра. Ветер мешает фотосъёмке – треплет так, что фотоаппарат не занимает в руках строго определённое место и изображение на переднем плане получается слегка смазанным и чем-то отдалённо напоминает акварель. С северной стороны церкви фотографировать удобнее и, во всяком случае, комфортнее. Хорошо видны горы Колоконас, а вот Критское море – только угадывается. Собственно, сама верхушка Псилорита во время съёмки при взгляде со стороны должна выглядеть покрытой облаком или даже сокрытой им.

Запечатлеваю на автоспуске и самого себя возле палатки. Двух семиточечных божьих коровок, сидящих на камнях, тоже заснял.

Зашёл внутрь церкви через проём входа; дверей эта постройка не имеет. Здесь освещение недостаточное. Убранство очень скромное.

Верхушка горы образует сравнительно пологое пространство в радиусе нескольких десятков метров от церкви. Тут ещё имеется забетонированный круг. Не знаю точно, что это такое; предполагаю, что запас воды.

Сквозь разрывы облаков проходят лучи восходящего Солнца, и это очень красиво.

Церковь Св. Креста на вершине Псилорита.

Утром после ночёвки на Псилорите.

Рассвет над горами.

Вид на Ливийское море, мыс Литимнон, село Тимбаки, острова Паксимадия.

Божьи коровки семиточечные на вершине Псилорита.

 

Однако же, мне пора начинать спуск с горы. Я собираю палатку, пакую вещи и где-то без четверти 7 утра начинаю спуск по той же самой тропе. Ветер – мало не покажется. Сильнее всего он на седловине между Псилоритом и Агатиасом. На этом участке я даже иду, кренясь в правую сторону, и при каждом шаге противодействую тому, что ветер норовит отодвинуть меня к краю склона. Далее от ветра меня прикрывает Агатиас. У меня осталось около полулитра воды: первые пол-литра я выпил ещё в том месте, где оставил велосипед. Следующие израсходовал во время подъёма. Пожалуй, запас в полтора литра воды при посещении вершины Псилорита – маловато.

Следующая заморочка, но совсем иного рода ожидала меня на седловине между Агатиас и Воуломеноу. Совершенно не видно, куда идёт тропа. Вроде бы она должна подниматься в гору. Я прошёлся немного туда, но каменных пирамидок в обозримом пространстве не заметил. Вернулся, рассмотрел нечто похожее на тропу в самом низу седловины. Эта отметина краской хорошо видна при подъёме, но совершенно невидима во время спуска – с той стороны валуна нанесена. Я направился вот по этой тропе. А вскоре обнаружил, что иду не тем же путём, что вчера. Не траверсом Воуломеноу и Коусакас, а по распадку между Воуломеноу и Агатиасом. Ничего страшного. Оба варианта сходятся в урочище Колита, а по протяжённости мало отличаются. Так не назад же возвращаться! Иду по распадку. Единственное, что от меня требуется – ни в коем случае не пройти мимо подъёма, выводящего к слиянию троп. Иначе я уйду по тропе в сторону села Камарес – это южнее от Псилорита, а велосипед ждёт меня совсем в другом месте.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Распадок между горами Воуломеноу и Агатиас. >

 

Пожалуй, единственный недостаток этого пути – отсутствие широких горных панорам. Идти, пожалуй, легче. Но я иду на спуск, а сравнивать спуск и подъём можно, наверное, лишь приблизительно. Где-то в начале спуска по распадку имеются маленькие лужайки зелёный травы – какие-то невысокие злаки. Чем ниже по распадку – тем больше колючей растительности вдоль тропы.

Ориентироваться и тут не особенно легко. У меня, правда, есть очень хороший ориентир – вершина Маври, её не спутаешь с другими. Её никак не должен оставить левее себя. Ближе к урочищу Колита начинаю проявлять беспокойство – а не прошёл ли мимо подъёма. Начинаю взбираться на склон влево, но, оглядевшись, понимаю, что нет. До развилки тропы ещё надо пройти мимо ближайшего ответвления распадка и повернуть только за следующим. Возвращаюсь на тропу. Вроде совсем невысоко по склону забирался, а тут вдруг оказывается, что не так уж и мало.

Но вот, наконец, искомая развилка троп. Тут стоит металлический столбик – хороший ориентир. Подъём оказался легче, чем я думал. Наверху отдыхаю возле большой горки камней. Как же меня притомила эта сумка за плечами, как приятно в очередной раз ненадолго её скинуть!

Чуть в стороне двое направляются на Псилорит траверсом Коусакас и Воуломеноу. Как раз они проходят мимо металлического столбика, к которому я вчера вышел из распадка. Дохожу до столбика и начинаю спуск по уже знакомому распадку. Теперь с тропы сбиться уже невозможно.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Пасущиеся козы. Они неоднократно встречались мне по ходу пешего маршрута. >

 

Приблизительно там, где я в первый раз вышел на тропу, делаю очередную передышку. Напротив меня на другой стороне распадка на скалах пасутся козы. Тропа поворачивает влево – в сторону Идеон-Андрон. Пожалуй, последняя часть спуска по тропе является и наиболее крутой.  И вот тут мне надо сойти с тропы, чтобы ниже по склону отыскать свой велосипед.

Я оставляю сумку и стоечки палатки на тропе и иду к деревьям, показавшимся мне похожими на то место, где я оставил велосипед. Но, походив немного среди них, убеждаюсь, что это – другое место. Возвращаюсь на тропу. Выхожу, естественно не в том же самом месте и несколько минут ищу сумку со стоечками, перемещаясь по тропе то в одну, то в другую сторону. Нахожу.

Реально место, где я оставил велосипед, расположено намного ниже по склону. Я ориентируюсь по пастушескому каменному зданию, стоящему в нижней части склона. Выхожу к нему, а от него уже – к деревьям, где стоит велосипед. Отыскиваю его. Меня ожидает неприятный сюрприз – заднее колесо спущено. Оно как раз стоит на колючке-подушечнике, и я  решил было, что проколол колесо по своей оплошности. Выкатываю велосипед к пастушеской хижине и собираюсь менять камеру. Хорошо, что я достал запаску раньше, чем стал разбортировать колесо. А я брал собой в качестве запаски две китайские камеры. Да эта гадость просто растрескалась от времени (это всего за несколько месяцев хранения!) по сгибам! А ещё добавлю, что запаска эта вонючая! Покупал на орловском рынке, так что претензии предъявлять особенно некому… Короче, в очередной раз убедился, что китайские велозапчасти взятые на вещевом рынке – деньги на ветер.

Во попал! В точке «максимального удаления» оказался со спущенным колесом и без запаски! Остаётся клеить… Дай-ка, думаю, попробую накачать. Может быть, прокол совсем маленький, и можно будет ехать, время от времени накачивая камеру. Накачал. Вроде держит. Перераспределил вещи, закрепил багаж. Особо тщательно это не делал из опасений, что очень скоро всё равно придётся возиться с колесом.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Вид от пастушеской хижины на скрытую облаками вершину Маври. >

 

 

 

Скатил велосипед на грунтовую дорогу, проходящую по плато Нида. Выбрался к ресторану. Обязательно надобно поесть. По совету хозяина/бармена я заказал блюдо «ламб» - это, я так понял, овца или барашек, пасшийся на этих самых горах. Это, действительно – просто превосходно приготовленное жаркое. Кроме того, попробовал местный сорт овечьего сыра. Теперь овечий сыр легко узнаю. Жареная картошечка. Салат. Я ел всё это, запивая фраппе и водой из бутылочки, и наблюдая красивый пейзаж плато Нида. После двух суток активного путешествия по горам во рту сухо, и пища плохо идёт, если её не запивать.

Воду из ещё трёх маленьких бутылочек я перелил в полуторалитровую – это в дорогу. За пределами ресторана ёмкостей для мусора не оказалось. А пустые пластиковые бутылочки любезно предложила забрать на утилизацию русская эмигрантка, оказавшаяся здесь вместе с местным водителем на автомашине. Спасибо! Мне не пришлось их утрамбовывать в свой багаж.

Казалось бы, чудес на свете не бывает. Но с момента накачивания заднее колесо нисколько не спустило. Более всего похоже, что пока велосипед стоял на склоне, воздух понемногу просто выходил через ниппель.

Начинаю движение на велосипеде в направлении Аделе. Сначала ползу на подъём. Потом на спуск. Места уже знакомые, уже фотографировал. Поэтому не задерживаюсь; тем более дорога идет преимущественно на спуск. Небольшой подъём. Я добираюсь до начала крутого серпантина с перепадом высот около 470 м. Нахожусь на высоте 1200 м над уровнем моря. Вытаскиваю фотоаппарат из бокса, подвешиваю на шее, но так, чтобы при этом фотоаппарат стоял на боксе, и включаю видео. Начинаю движение, но вскоре приостанавливаюсь, чтобы поправить зеркало. И ещё раз приходится сделать то же самое. Сильно мешает ветер. Из-за ветра я разгоняюсь меньше, чем если б его не было. Собственно я постоянно притормаживаю. А иначе и нельзя. Транспорт, к моей радости, ходит очень редко. Один раз в верхней части серпантина обогнал меня мотоцикл, ехал, кстати, не намного быстрее. Пропустив его, приблизившись к краю, я уже хотел было затем увеличить скорость спуска, но у поворота в очередной раз налетевший из-за горы ветер хорошо дал мне почувствовать, что делать этого не следует. Траектория моего движения порой заметно зависит от ветра. Скажем так, ветер пытается внести свои коррективы. В верхней части серпантина натурально «сдувает»! А мотоцикл всё-таки тяжелее и ширина колёс у него больше; и наверное, от ветра он чуть меньше зависит.

Ещё пару раз за время спуска обогнали меня легковые машины и прошли три встречные.

Асфальт как и везде в Греции имеет идеально ровную поверхность. Впрочем, здесь вот местами край дороги вплотную подходит к сплошной жёлтой линии – и это я имею в виду. Несколько раз пересёк след от прокладки коммуникации – это небольшие неровности. И один раз за всё время пребывания в Греции мне встретилась одна маленькая выбоина, на которой меня существенно тряхнуло, и которая мне не понравилась. Суммируя поездку прошлого года и поездку этого, можно сказать, что на три с половиной сотни километров велопоездок здесь приходится всего-навсего одна вот такая вот небольшая колдобина.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

На Крите на небольших дорогах местного значения асфальта может и не быть. Но если он есть – то идеально ровный. Это – единственная колдобина, которая встретилась мне з две велопоездки по Криту. >

 

После середины спуска я стал замечать, что объектив фотоаппарата само собой в результате вибрации поворачивается влево. Несколько раз приходилось поправлять. Вдоль дороги встретилось несколько овец, одна из них поспешно покинула проезжую часть при моём приближении. Дважды видел припаркованные на обочине машины.

Этот замечательный спуск длился двенадцать с небольшим минут. Около 7 км. Получается, моя средняя скорость здесь составила около 35 км/ч – это безо всяких дополнительных усилий.

Остановился только перед селом Анойя. Собственно, спуск продолжается и дальше. По селу – практически сплошной спуск. Улицы узкие. В одном месте на повороте улица расширяется. И тут посреди асфальта растёт большой платан – ближе к правой стороне улицы. Оригинальное  место.

Село Анойя.

Храм в 2-3 км к северо-западу от села Аксос.

На фоне горы Колоконас и долины р. Герапотамос.

 

Ближе к выезду из села появляется конный местный житель. Он движется на лошади впереди меня. А впереди него движется вдоль дороги отара овец. Я обгоняю. Но тут обнаруживается, что всё это действие снимается на профессиональную видеокамеру, и чтобы не мешать, ненадолго прижимаюсь к самому краю дороги. Я был немало удивлён, заслышав у видеокамеры польскую речь.

Спуск ненадолго сменяется подъёмом только перед Аксосом.

Мой путь снова проходит ввиду гор Колоконас – большей частью по уже знакомым мне дорогам. Исключение составляют только 6,5 км – от поворота на Агиа до села Перама. Впрочем, я и на этом участке сделал всего один кадр – храм в селе Агилас.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Храм в селе Агиас Силас. >

 

Усталость трёх дней сказывается. Один раз за всю поездку где-то тут я не заметил приближающуюся сзади машину. В этом месте ничего особо сложного на дороге не было, водитель меня видел, предупредил о своём приближении коротким гудком, и я тут же срулил ближе к обочине. Это я к тому упоминаю, что на горной дороге необходимо всё время проявлять внимательность.

Кстати, совершенно обычное явление, когда водители на этих дорогах предупреждают о своём появлении коротким гудком перед поворотами с ограниченным обзором.

Непродолжительный подъём в селе Перама. Я имею возможность получше его рассмотреть. Подъём после Александроу Хани. Крутой подъём перед Виранепископи с обилием агав вдоль откоса. Да я, похоже, всё-таки успеваю сегодня в Аделе! Всё благодаря тому, что сегодня дорога почти вся представляет собой спуск. И всё-таки я изрядно устал. На подъём перед Виранепископи взбираюсь очень медленно.

Солнце уходит в облака. В западном направлении вдалеке хорошо видны Лефка Ори.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Закат Солнца Слева – горы Врисинас (819 м), по центру – более высокие Лефка Ори, частично скрытые облаками. >

 

Всё же мне пришлось подкачать заднее колесо – это уже в селе Магнизиа. Оно очень медленно, но всё-таки пропускает воздух через ниппель.

Съезжаю к побережью. Вот теперь, откуда ни возьмись, прибавилось сил. Перепады высот на дороге очень маленькие, и я прибавляю темп. Уже сумерки, ещё немного –  и стемнеет. А фару по возвращению с горы я ставить не стал, и, стало быть, по ходу движения включить её не смогу. И ставить фару, когда осталось всего три километра, нет желания – быстрее доеду, чем поставлю.

Въезжаю в Аделеанос Камбос. Проезжаю возле «Maravel sky», по ходу движения узнаю русскую эмигрантку, к которой в прошлом году несколько раз обращался за советами (как позвонить по таксофону; по поводу велоренты); не стал отвлекать от беседы. Подъезжаю к «Kreta Bike». Да, конечно, ещё открыто. Возвращаю арендованный велосипед. Рассказываю Ралфу о поездке. Он же предлагает довезти меня на машине до Бали. Это очень любезно с его стороны, и я не отказываюсь. Мы помещаем сумки в его машину, и он везёт меня в Бали. По ночной дороге, проходящей где-то между морем и горами. По ходу движения мы оживлённо беседуем то на английском, то на русском. Он подвозит меня ко входу «Bali star», затем уезжает.

Я прихожу в отель. На моё удивление мне выдают ключи от номера. Дело в том, что я был уверен, что Сергей уже должен быть в отеле. Но в номере его нет. Немного привожу себя в порядок и иду ужинать, пребывая в недоумении – неужели он всё ещё на пляже?

 

ПАРУ СЛОВ О ГРАМВУСЕ.

На ужин позволил себе положить в тарелку несколько больше, чем обычно. После ужина направился в номер, подумывая о том, а не прогуляться ли до пляжа? Едва закрыл за собой дверь и даже не успел рухнуть на кровать, чтобы немного акклиматься после поездки, как пришёл Сергей. Он, оказывается, только что приехал с экскурсии. Ездил на Грамвусу – до города Ханья на автобусе, а далее – по морю. Очень доволен. Предыдущие два дня он, как и хотел того, провёл в сугубо пляжном варианте. Он ещё не ужинал, и зовёт в столовую. Я же там только что был, и уже сыт. Ладно, идём в столовую, и я просто сижу за столом, составляя компанию. Делимся впечатлениями.

С Сергеем мы – абсолютно разные рассказчики. Устный рассказчик из меня неважный, а письменный получше. Сергей же – хороший устный рассказчик. Повествование Сергея всегда более эмоционально окрашено, более построено на восприятии, более юморное и нередко содержит элементы гротеска. Переводить повествование с его устного языка на мой письменный – занятие абсолютно нереальное. Я, пожалуй, не стану этого делать.

Что касается Грамвусы, то Сергей в ходе экскурсии имел удовольствие ещё раз прокатиться по морю на небольшом судне. Очень красивы краски моря. Впечатляюща неприступная венецианская крепость, стоящая наверху острова. Понравились ему города Рефимно и Ханья.

Проходил автобусный маршрут и мимо американской военной базы, что в бухте Суда (я её упоминал в поездке 2007 г.). Фотографировать тут «строжайше» запрещено, с вышек америкосы за этим наблюдают. Хотя фотографировать там из автобуса особенно нечего: как это нередко бывает, собственно морская база запрятана под скалой. Население, насколько мне известно, вообще недовольно наличием этой военной базы. В особенности недовольство усилилось, когда под предлогом борьбы с терроризмом во время Олимпийских игр 2004 года, в бухте Суда весьма неожиданно появилось несколько субмарин. Кстати, интересно, каким образом эти субмарины могли реально противодействовать терроризму?

Вообще же, можно снова отметить, что Крит порой предоставляет взору невероятно красивые пейзажи. На примере Грамвусы в этом можно в очередной раз убедиться.

Вид от крепости Грамвуса на западное побережье Крита: горы Грамвуса, в т.ч. г. Ероскинос762 м. (авт. С.Дорофеев).

Крепость Грамвуса. Остов корабля, севшего на мель – колоритная черта пейзажа. (авт. С.Дорофеев).

Красочный вид с побережья Крита на о. Имери Грамвуса (где и находится крепость) и о. Агриа Грамвуса. Богатство оттенков на стыке акваторий Икарийского, Критского и Ионического морей. (авт. С.Дорофеев).

Постройка на территории крепости. (авт. С.Дорофеев).

Облака над горами Грамвуса (авт. С.Дорофеев).

Побережье Крита в туманной мгле. Где-то между о. Грамвуса и г. Ханья. (авт. С. Дорофеев).

Берег Крита. Вероятно, чуть западнее г. Ханья. (авт. С.Дорофеев). Это, наверное, те самые облака, что я видел во время заката, возвращаясь в Аделе.

 

БАЛИ.

4.10.2007

День проводим в сугубо отдыхающем состоянии. Просто матрасничаем, как это принято говорить в среде туристов, предпочитающих активный отдых.

В Бали очень хорошие пляжи в том плане, что глубина нарастает медленно, и есть где поплавать. Да-а, морская вода держит много лучше пресной. Лёжа на спине, вовсе не делаю никаких усилий, только руками иногда чуть-чуть корректирую своё положение, чтобы меня не перевернуло на поверхности воды подобно бревну. В Бали имеется несколько участков пляжа, отделённых друг от друга скалистыми уступами, вытянутыми в сторону моря. Тихое пребывание на пляже один раз нарушается гулкими раскатами. Мы оба оторвали головы от поверхности пляжа, переглянулись и с недоумением продолжили загорать далее. Лишь на следующий день – уже перед самым отъездом – другие отдыхавшие в отеле рассказали нам следующее. Это такой местный обычай. Подъезжает машина (жениха, наверное) к дому невесты. Ни выкупа, ни «торговли» не заметно. Выходит из машины добрый молодец, достаёт самый что ни на есть натуральный автомат Калашникова и даёт две очереди холостыми в дверь дома невесты. Только гильзы и отлетали! Забрал невесту и укатил. Ещё говорят, что власти пытаются положить конец этой традиции, и полиция, бывает, сопровождает свадьбы даже и без желания с той стороны.

С пляжа я сходил в кафе за пивом – кафе рядом. Заодно попил фраппе. А затем мы направились к тавернам в поисках рыбного супа. В одной из них он был обозначен в меню, но реально его не оказалось. Равно как и пива «Зорбас», которого я так и не пробовал. Ничего, ещё стаканчик фраппе очень даже кстати.  А вместо рыбного супчика заказал томатный. Всего-то томатная масса, оливковое масло, специи и ещё чего-то. Простенько вроде бы, но очень вкусно! И ещё мы заказали по блюду. То есть, каждое на двоих. Крупные креветки, подобные этим, продаются и у нас. Но тут они свежие и, видимо, поэтому менее жёсткие. Рыбины шириной более чем с ладонь с полосками поперёк боков и небольшими зубами по краю рта. И они только что приготовлены на гриле. К каждому блюду ещё подаются различные дополнения. В общем, кадр, где мы сидим за столом за этим изобилием яств, рискованно показывать широкой публике – обзавидуются! А ведь тут ещё и таверна очень красиво смотрится, и морской залив с зеленоватой водой и горы Колоконас. К креветкам подали ещё и крупную картофелину, запеченную в фольге. В общем, наелись мы оба – дальше просто некуда. В день перед отъездом можно себе это позволить.

Прогулялись по Бали, наблюдая на деревьях гранаты, небольшие зреющие бананчики и просто настоящее изобилие лимонов. Заходили в магазинчики.

Нет, один день в таком вот пассивном отдыхе провести можно. Я настолько расслабился, что даже спуск фотоаппарата всего пять раз в действие привёл за целый день.

Вечером, разумеется, снова мы посиживали на балконе с бутылочкой греческого вина.

Храм в селе Бали.

Село Бали на берегу одноимённого залива.

Залив Бали вечером.

 

 

 

 

 

 

 

Таверна с видом на залив и горы Колоконас.

Тот же самый столик в таверне. Супы мы уже съели, по бокалу фраппе выпили, а большое блюдо с рыбой нам ещё не приносили.

Залив Бали, горы Колоконас: Бохоуми (607 м), Маври (883 м), Колоконас (1076 м), Сидерос (643 м).

Узор волн на пляже.

Отель «Bali star».

 

5.10.2008

Увы, день отъезда. Облака скрывают собой вершины гор Колоконас.

На пляже пустынно. Туристический сезон заканчивается – в этом году раньше, чем в прошлом: глобальный кризис что ли сказался? Зонты с пляжей понемногу убираются.

Ещё раз искупались в Критском море – на другом пляже. Я зашёл в море настолько, насколько позволяет глубина. Потом поплыл к берегу к северному углу бухточки, к камням. Там остановился, собираясь проплыть теперь вдоль берега. И тут почувствовал что-то наподобие укола в ногу. Ещё раз! Я подумал, что задел морского ежа. Но нет – ничего похожего на ежа на дне нет. Зато плавают рыбы и пытаются прищипнуть меня за ногу. Довольно ощутимо. У меня же после Псилорита остались небольшие ссадины и потёртости на ногах – именно в них рыбы и метят! Несколько мелких и две крупные – именно того вида, что вчера мы ели в таверне. Крупнее ладони. Светлого окраса с вертикальными полосами по бокам. Со сросшимися в острые пластины верхними нижними зубами, чуть выступающими изо рта. «Зверские» рыбы! Я хотел поймать одну, и начал отгонять её ближе к берегу, но рыбина ускользнула вдоль него. Времени до отъезда оставалось маловато, и эту затею пришлось оставить.

Напоследок мы прогулялись вдоль моря в пределах посёлка.

 

КРИТ – ОРЁЛ.

В условленное время к отелю подают автобус. Едем в сторону Ираклиона. На въезде в Ираклион автобус съезжает с основной трассы, чтобы забрать туристов из других отелей. На мой взгляд, намного лучше остановиться в Бали, чем в пригороде Ираклиона – слишком уж тут, на мой взгляд, урабанизировано. Нет, отдохнуть, безусловно, можно и здесь, но в Бали это можно сделать лучше.

Прибываем в аэропорт. Две длиннющие очереди в соответствующие стойки регистрации.  А тут ещё выскакивает откуда ни возьмись работница аэропорта и объявляет: рейс «to Dublin. Only British and Irish И проходит мимо нас толпа, одетая в стиле… обыкновенной российской глубинки. Короче, в конечном итоге, наш рейс задержали на два часа.

И вот иду я в сторону самолёта с не радужными размышлениями.

Самолёт взлетает. В иллюминатор вижу пелену облаков, закрывающих собой землю, а ещё более – поверхность моря. Над облаками хорошо видны вершины Псилорита. Это надо ж куда я взобрался и где ночевал! Чуть позже за иллюминатором появляются вершины Лефка Ори, возвышающиеся над облаками.

Горный массив Псилорит, хорошо видны почти все его двухтысячники. Внизу – Эгейское море.

Вид из самолёта на Лефка Ори.

Заход Солнца над облаками на высоте около 10 км.

Как будто залив у морского побережья. А на самом деле всё это – облака.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

< Вечер над облаками.

 

Потом самолёт довольно долго летит над Эгейским морем. Внизу появляется земля. Я ошибочно принимаю его за мыс Сунион. Но нет, это малоазийское побережье вблизи древней Трои. Потом из иллюминатора видно Мраморное море. Можно считать, Мраморное море я посмотрел.

Мы летим на север. Поэтому, хотя линия горизонта и находится вдалеке, но сумерки длятся не долго. Солнце садится в облака. А потом ещё долго можно наблюдать пейзаж, подобный земному: подсвеченная лучами Солнца «лагуна» среди облаков.

В темноте наступившей ночи самолёт подлетает к Домодедово. Делает над Домодедово то ли один, то ли два круга. Огни Домодедово, улица с оживлённым транспортным потоком…. Наконец, самолёт явно берёт курс на посадку.

Вот. Из аэропорта Ираклиона до Домодедово самолёт летел то ли три, то ли  четыре часа. А вот отсюда до Орла нам пришлось добираться шестнадцать часов! Ну, вот приехали мы на Курский вокзал в половине двенадцатого ночи. В кассе нам говорят, что плацкартных мест нет, есть таковые билеты только на поезд, отправляющийся в десять утра, не раньше. Автобусы уже не ходят. И нам приходится целую ночь коротать на Курском вокзале! Пожалуй, это самая неприятная часть во всей нашей поездке.

6.10.2008

Рассказывать за этот день почти нечего. Утренним поездом выехали из Москвы. Покемарил, пока ехали. Ближе к границе Тульской и Орловской областей с интересом смотрю в окно. Там – красивейшие ландшафты Чернского и Мценского районов. Золотая осень. Тургеневские места. Я откровенно отказываюсь понимать тех, кому не нравятся ландшафты Мценского района.

Приезжаем в Орёл. На такси разъезжаемся по домам.

 

Осенние пейзажи севернее Бастыево и южнее Черни.

Там же.

Окрестности Бастыево.

Окрестности станции Бастыево. Вид на дорогу к Спасскому-Лутовиново.

 

 

СПРАВОЧНАЯ ИНФОРМАЦИЯ:

1) Крит. Путеводитель серии «полиглот». М., АЯКС-ПРЕСС, 2007.

2) Марков С. Русские на Аляске. Юконский ворон. Летопись Аляски. Тула. Издательство «Пересвет»-II,1994.

3) Gerontospilios in Melidoni./ I.Gavrilaki and oth./ Ministry of Culture. 25th Ephorate of Prehistoric and Classical Antiquities. (буклет).

4) Mount Idha (Psiloritis). 1:25000. Hiking map, Topo 25, 11.25. Anavasi. 2006.

5) Western Crete. 1:100000. (map) 21, Kozanis str. GR 11855 Athens. 2007.

6) Wild flowers of Crete. More then 500 species. Vangelis Papiomitoglou. Mediterraneo editions. 2006. ISBN 960-8227-77-1.

7) http://www.greec.ru/index.php?s=3&c=22&m=68&r=58&p=81&t=5779

8) www.greek.ru/news/news_detail.php?ID=28746

9) http://greki.ru/index.php?id_menu=34

10) www.explorecrete.com/hiking/ida.html

11) http://historiwars.narod.ru/Index/Nov/1897/Creet1897.htm (Сост. Аркадий Семёнов. Критский кризис 1896 – 1897 и Греко-турецкая война 1897. Краткий обзор греческого вопроса 1830 – 1896 гг.)

12) http://www.teztour.com/book/vc/site_c/s/ekskurs?country=7067498&pageNumber=1#msg146315

13) www.votpusk.ru/news.asp?msg=70018.

14) http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9D%D0%B8%D0%BA%D0%B8%D1%84%D0%BE%D1%80_II

 

 

  На главную

 

 

 

выставка фоторабот «Кристальная чистота»